Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 03, страница 81 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Однако, когда я вошёл в реанимацию, я убедился, что ИВЛ действительно не работает. А это очень плохо… Лекарские навыки я ещё не восстановил, у меня не получится поддерживать состояние больных одной лишь только жизненной энергии.

Я быстро взял себя в руки и начал мыслить холодно. Пока медсестра разговаривала с заведующим хозяйством и вызывала электриков, я включил фонарик на телефоне и начал осматривать один из аппаратов.

Ну не могли же они… Не могли они, чёрт подери, завести оборудование, не оснащённое аварийным питанием! Только не в такой клинике, как наша!

Мои пальцы нащупали тумблер, который находился в выключенном положении. Я сразу понял, в чём проблема. В аппарате имелся внутренний аккумулятор, рассчитанный на подачу аварийного питания при временном отключении электроэнергии. И оно попросту было отключено.

Я переключил тумблер, красная лампочка аварийного питания зажглась, и аппарат возобновил работу. Не теряя ни секунды, я сразу же метнулся к остальным аппаратам и запустил аварийное питание на всех ИВЛ реанимации.

От души сразу же отлегло. Видимо, ранее в отделении таких проблем не было, поэтому медсестра не имела понятия, как запустить питание.

Мне резко захотелось собственноручно придушить Асакуру Джуна. Я прекрасно понимал, что эта проблема случилась не из-за него. Вполне может быть, что кондиционер закоротил одновременно с общим сбоем. Обыкновенная череда неудачных совпадений. Но всё же аура у этого Асакуры по-настоящему дьявольская. Как у чёрного кота. Недаром же невролог верит в проклятье цифры «четыре».

Но с Асакурой я разберусь позже. Сейчас нужно убедиться, что никто не пострадал. К ИВЛ было подключено всего три человека. Остальные лежали под капельницами и в дополнительной поддержке не нуждались. Однако аппаратура, которая обеспечивала мониторинг их состояния отрубилась.

Времени искать аварийное питание ещё и там у меня не было. Куда быстрее, проще и эффективнее будет осмотреть их «анализом».

И лишь подумав об этом, я понял, что «анализ» включён уже давно. Его активировало автоматически, стоило мне только зайти в реанимацию. Причина этого очевидна — здесь слишком много пациентов с тяжёлыми заболеваниями.

Но для меня это — крайне плохо. Прямо сейчас мой «анализ» пытается осмотреть сразу всех пациентов реанимационного отделения, и я не могу его остановить. Это гарантированно вызовет мощную перегрузку моей нервной системы.

Как говорится, никогда такого не было — и вот опять!

Я быстро осмотрел больных под ИВЛ. Состояние двух пациентов было стабильно, а вот у третьего резко изменилось дыхание. И вряд ли это связано с отключением ИВЛ. Слишком мало времени прошло, чтобы его функция дыхания нарушилась.

Больной, судя по мощному бронхоспазму, страдает хронической обструктивной болезнью лёгких. В подтверждение тому эмфизема — увеличение воздушности лёгочных тканей.

Бродить по темноте и вчитываться в истории болезни пациентов у меня нет времени. Нужно действовать уже сейчас, основываясь на том, что я вижу.

Видимо, спазм бронхов произошёл как раз из-за отключения света. То есть — из-за стресса. Пациент испугался, что без аппаратуры он умрёт, и это вызвало резкое сокращение бронхов из-за выделившегося адреналина.

— Пациенту на первой койке срочно дать ингаляционные бронхорасширяющие быстрого действия, — велел я медсестре. — Если лучше не станет — вводите дексаметазон внутривенно. Я пока осмотрю остальных.