Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 10, страница 59 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

А такие, к сожалению, часто оказываются в нашем ремесле.

Мы с Нодой Тирико завезли больного в операционную. Я отлучился, чтобы переодеться в хирургический костюм, после чего вернулся и, заметив, что девушка уже начала подавать наркоз, сказал:

— Нода-сан, рассчитайте наркоз на один-два часа — не больше.

— Что? — удивилась она. — Вы уверены, Кацураги-сан? Обычно сосудистые хирурги торчат в операционной по несколько часов. Иногда даже по полдня.

— Не сомневайтесь, я знаю, что говорю, — уверил её я.

Моя задача была простой. Попытаться с помощью лекарской магии восстановить кровоток, а затем ампутировать пальцы, которые уже невозможно восстановить. И главное — убедиться, что стопа и ноги в целом не пострадают от рецидива заболевания.

Многое теперь зависит от того, будет ли в дальнейшем пациент регулярно принимать сахароснижающие препараты. Хотя одного метформина с гликлазидом теперь точно не хватит. Их было бы достаточно, если бы больной принимал таблетки регулярно. А раз он ничего не пил, и диету не соблюдал, скорее всего, в его организме пострадало множество органов, не только ноги.

Нода Тирико ввела пациента в наркоз, а я приступил к более подробному осмотру.

Ага… Как и ожидалось. Сахар уже и почки порушил, и атеросклеротическую болезнь сердца вызвал. Всё-таки недаром всех диабетиков держат на пожизненном учёте. Ужасная болезнь! При плохом контроле сахара может отлететь весь организм. Сначала глаза, почки, сердце, нервы и сосуды, а потом уже всё остальное.

И хоть в мои обязанности на операции это не входит, я всё же попробую помочь больному восстановить все системы. Магии у меня теперь — хоть отбавляй. Сделаю ему подарок на Новый год. Будет скоро, как новенький, только несколько пальцев потеряет. Главное, чтобы эндокринолог объяснил самому пациенту и его родственниками, что доводить себя до такого нельзя. Учитывая состояние организма, ему уже положена инвалидность. Может, не первая группа, но вторая — точно.

Параллельно со своими размышлениями я приступил к работе. В первую очередь оценил состояние всех пальцев, изучив все мельчайшие сосуды сначала гистологическим, а затем клеточным «анализом».

И пришёл к выводу, что любой хирург на моём месте удалил бы почти все пальцы. А, быть может, и стопы.

Но я отделаюсь только четырьмя. Нужно ампутировать большой — он же первый — палец на обеих ногах. И идущий вслед за ним второй. Указательным его на ногах, очевидно, никто не называет.

Нода Тирико полагает, что я ещё и в артерии ног вмешаюсь. Разумеется, в документации я опишу, будто такая операция проводилась, но на деле уничтожу все бляшки лекарской магией.

А Кондо-сан, грубо говоря, мне даже помог. Один палец отрезать не придётся. Осталось только удалить окружающие его мёртвые ткани, а затем всё зашить.

В целом, операция, которой я занимался, называлась некрэктомией — удалением погибших частей организма.

С пальцами я провозился не больше часа. Подобными операциями мне заниматься уже доводилось. Хирургам после меня лишь придётся сформировать культю. Всё остальное готово.

Следом я сделал всё то, что запланировал. Подлатал почки, почистил сосуды, немного «отскоблил» от сахара вены с помощью лекарской магии.

— Всё, Нода-сан, — произнёс я. — Вроде уложился в два часа.