Книга Чокнуться можно! Том 3, страница 76 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Мы несколько часов практически не разговаривали. Полина долго не могла отойти от прошедшего разговора. Заговорила она только ночью, когда я уже собрался ложиться спать.

— Алексей Сергеевич, спасибо. Правда, спасибо большое. Я ведь Валере правду сказала. Если бы не вы — меня бы уже не было.

У неё даже голос совсем другой стал. Нет привычной холодной колкости.

— Это моя работа, — ответил я.

— Вы и сами понимаете, что это не так. Ломиться вечером в чужую квартиру, выбивать дверь и сидеть потом на стуле до утра — это не работа.

Я промолчал. Может, она и права. Но я не вижу смысла объяснять ей свои принципы. Она хоть и притворяется медсестрой, но полностью понять мышление врача ей не удастся.

— Помните наш разговор в кабинете? — продолжила она. — Я тогда дала вам тридцать суток. Сказала, что подам отчёт, что объект под наблюдением, а сама буду смотреть. И если за месяц вы хоть раз выйдете за врачебные рамки — драка, препарат в кармане, или любой эксцесс — дело закрою. Без второго шанса.

— Помню, — подтвердил я. — Дословно.

/Эмоциональный фон. Идёт фиксация…/

/Тревога: отсутствует. Подавление аффекта: снижено. Доверие — выше среднего/

Вот так поворот! Впервые за всё время её фон открылся мне практически полностью. Сейчас она даже не пытается контролировать или подавлять свои эмоции. Теперь мы говорим как обычные люди. Такого ещё никогда не было.

— Так вот, — она наконец перевела взгляд на меня. — Я тогда сказала, что вам не друг и не союзник. Что остаюсь надзирателем. Помните?

— Помню и это.

— Я была неправа.

— И к чему же ты ведёшь, Полина? — я позволил себе лёгкую улыбку, откинулся на спинку дивана и сложил руки на груди.

— Я уже говорила вам, что за прошлый месяц мне не удалось найти в вашем поведении двойное дно. Вы действительно помогаете людям. А сегодня… сегодня вы выбили дверь и притащились к чёрту на куличики, чтобы спасти меня. И это при том, что я фактически угрожала вам пистолетом не так давно. Вам было бы проще позволить мне умереть.

— Да, знаю. И я думал об этом, — честно признался я. — Твоя смерть освободила бы меня от постоянного надзора.

— Но если вы об этом думали, почему же…

— Потому что иначе не мог, — отрезал я. — Вот и весь секрет. Дальше додумывай сама, если хочешь. Других причин у меня нет.

/Совместимость: 81%. Эмпатический контакт с объектом «Гордеева П. В.» Уровень: устойчивый/

Надо же… Удачно прошёл вечер. Я даже утерянную совместимость восстановил. И контакт теперь «устойчивый» вместо «предварительного». Месяц я бился, чтобы добиться такого результата. А в итоге получил его всего за несколько часов.

— Тридцать суток пока что никто не отменял, — тут же посерьёзнела Полина. — Но знаете что? Я, пожалуй, перестану считать дни. Я своё решение приняла. Окончательно.

— Это какое же? — уточнил я.

— Кем бы вы там ни были раньше, сейчас вы — хороший врач. И, как человек, вы мне нравитесь. Более того, я у вас в долгу. Может, я и нарушаю устав, но… Решение уже принято. Я не буду сообщать о вас. Через некоторое время я уеду. Вам дадут другую медсестру. И мы больше с вами не встретимся.

Проклятье… Я и подумать не мог, что уже сегодня достигну того, что ускользало от меня всё это время. Неужели полная свобода? Я, наконец, смогу жить без оглядки?