Книга Дикие глаза, страница 129 – Элси Сильвер

Уэст переводит взгляд на меня, затем снова на кобылку.

— Нет, она не готова. Она мне не доверяет. — Он улыбается мне. — Но она это сделает. И я никуда не спешу.

Он оставляет меня сидеть здесь с отвисшей челюстью. Я знаю, что мы говорили о лошади, но я не могу не чувствовать какого-то родства с ней. Я тоже очень нервничала, когда приехала сюда. И Уэст успокаивал меня. Никогда не давил на меня слишком сильно. Всегда помогал мне чувствовать себя лучше, а не хуже.

Боже, он относился ко мне с такой любовью.

От этого моё сердце замирает.

От этого моё сердце болит.

От этого моё сердце становится ещё более его частью, чем раньше.

За последние несколько дней совместная ночная проверка стала частью нашего ритма. Мы работаем в тандеме, она тихонько напевает незнакомую мелодию, приподнимаясь на цыпочки, чтобы заглянуть в каждую кабинку, а я стараюсь не следить за каждым ее движением, как одержимый.

Потому что я такой.

Но я не уверен, что хочу быть таким. Влюбиться в кого-то, кто пробудет здесь всего мгновение, кажется безрассудным поступком.

Мы оба это знаем. И всё же мы этого не признаём. Чёрт, я даже сказал ей, что верю, что всё будет хорошо. Но за последние несколько дней меня охватило чувство страха. Я могу говорить всё, что захочу, но это не изменит реальность нашей ситуации. Я не могу воплотить всё в жизнь.

Мы играем в семью, крепко зажмурив глаза. Я не могу решить, кажется ли мне то, что я делаю, прыжком в неизвестность или я просто готовлю себя к разбитому сердцу в будущем.

Она запишется здесь, а потом уедет. Она отправится в турне, и ее будут повсюду возить, она будет появляться на дневном телевидении первым делом с утра, а вечером отправится на важные рекламные мероприятия.

А я буду здесь. Объезжать лошадей и присматривать за своими детьми. Мы с Мией договорились, что никогда не уедем, пока дети еще маленькие. Мы хотели, чтобы у них здесь была простая жизнь.

И я до сих пор считаю, что так будет лучше. Но осознание того, что у нас ничего не выйдет, давит на меня, потому что я снова останусь один.

Меня тревожит то, что я нашёл кого-то, кто идеально мне подходит, и знаю, что не смогу её удержать — не по-настоящему. Не так, как я хочу.

Я размышляю об этом, пока мы заканчиваем дела по дому. После того, как я выключаю свет и закрываю раздвижные двери сарая, она берёт меня за руку.

Когда мы проходим мимо арены, она разжимает пальцы и направляется к песчаному кругу. Вместо того чтобы остановиться у ограждения, она проскальзывает между досками и выходит на другую сторону. Светильники над головой мягко сияют, и я наблюдаю, как покачивается её тело, когда она идёт к центру.

— Куда ты направляешься, милое личико? — спрашиваю я, следуя за ней. Я на взводе и хочу вернуться домой. Я хочу забраться с ней в постель. Потеряться в ней.

— Посмотреть, какой отсюда вид, — размышляет она, медленно поворачиваясь на месте. — Мне нравится смотреть, как ты ездишь верхом.

У забора я опираюсь локтями на верхнюю перекладину и наблюдаю за ней. Короткие шорты, стройные ноги и свободный круглый вырез, спадающий с одного плеча.

Я сглатываю, когда понимаю, что бретельки лифчика не видно. Затем я стискиваю зубы, потому что не хочу говорить о своей работе. Я хочу быть дома. В постели. Обнаженный с ней.