Книга Дикая Сторона, страница 12 – Элси Сильвер

Но самое привлекательное в Табите Гаррисон — это то, как она смотрит на Майло, словно он одно из чудес света.

На это больно смотреть.

Мне больно, потому что я не получу удовольствия, забирая Майло отсюда.

Но я обещал Эрике, что сделаю это.

Я не могу отвести взгляд от Майло. Выражение чистого восхищения на его милом личике завораживает.

Кто бы ни был его отец, у него наверняка самые красивые вьющиеся волосы, потому что локон, упавший сейчас на лоб Майло, определённо не от нас, у кого в роду все с прямыми волосами.

Я так и не узнала, кто его биологический отец. Либо Эрика не знала, либо решила мне не говорить. Я никогда не давила на неё, потому что новость о Майло появилась в тот период её жизни, когда ей было особенно тяжело. На самом деле именно из-за него она так усердно занималась лечением в те несколько лет. И я знала только то, что рада видеть, как моя сестра старается.

Пушистая гусеница ползёт по его ладони, и он очарован этим зрелищем.

— Хорошо, теперь двигай другой рукой вот так, — я поднимаю его свободную руку, чтобы увеличить пространство, — и ты сможешь удерживать его там дольше.

— Ух ты, — с благоговением шепчут его пухлые губки.

— Потрясающе, правда?

В ответ я получаю лишь едва заметный кивок. Он словно очарован. Это чувство взаимно, потому что я вижу в нём так много от своей сестры. И у меня щемит сердце от мысли, что её не будет рядом, чтобы увидеть, как он растёт.

Я ещё не сообщила ему эту ужасную новость, хотя знаю, что должна. Единственное, что меня спасает, — это то, что для Майло провести несколько недель со мной или с бабушкой и дедушкой — обычное дело.

И всё же сегодня днём у меня назначена встреча с очень рекомендованным мне психотерапевтом. Потому что я хочу всё сделать правильно. Сказать правильные слова, поддержать его наилучшим образом. Дать ему то, что ему нужно.

Я сейчас даже думать не могу о том, чтобы потерять его из-за переезда в другую страну. Если я буду думать об этом, то совсем расклеюсь.

Поэтому вместо этого я смотрю, как он поднимает пухлый пальчик и осторожно проводит им по верхней части гусеницы.

— Ух ты. Мягкая, — бормочет он. И я не могу сдержать улыбку.

— Со временем она превратится в пятнистую совку.

Глаза Майло расширяются.

— Она станет совкой?

— Да. Почти как бабочка. И то, и другое — признак здоровой экосистемы. Они помогают опылять цветы, а ты знаешь, как это важно.

Я улыбаюсь ему, и он улыбается в ответ. Потому что он знает. Он много раз собирал цветы вместе со мной. Съедобные украшения, ароматизатор для чая, яркие акценты на столах в бистро. Думаю, можно сказать, что я без ума от цветов.

Проезжающая мимо машина привлекает моё внимание, но не она удерживает его. Это неряшливый, зловещий мужчина, который стоит на тротуаре у границы моего участка и сверлит нас взглядом.

Рис Дюприс.

Мужчина, чьё полное имя не даёт мне покоя с тех пор, как я прочитала его в завещании. Он выглядит несчастным и в то же время очаровательным. Кажется, это его фирменный стиль. И мне ненавистна мысль о том, что я вижу его таким. Я просто ничего не могу с собой поделать.

Мы несколько секунд смотрим друг на друга, и у меня внутри всё сжимается, а по венам разливается ужас. Я планировала обратиться с просьбой, воспользоваться услугами адвокатов и взывать к остаткам сочувствия, которые могут быть у этого человека, чтобы он передумал забирать Майло. Потому что всё, что написано в завещании, соответствует действительности.