Книга Моё бессонное лето, страница 29 – Яна Ланская

— Игорь Иванович, Наталья Петровна, добрый вечер! — Здоровается Женя с родителями, которые пьют чай на веранде.

— Здорова, Бес! — Молодится папа.

— Здравствуйте, Евгений, — поджимает мама губы и даже не смотрит в нашу сторону.

— Я зашёл, чтобы отпросить у вас Тату завтра на весь день. Дело в том, что завтра будет очень хороший ветер для обучения новичков. И я бы хотел её научить кататься. Безопасность и целость конечностей гарантирую.

— А что? Хорошая идея. Почему нет? Да, Наташ?

Видно, как мама злится, но при посторонних папе не перечит, а лишь кивает.

— Тогда я заберу её в четыре утра. Надо прям рано начать занятие.

Я наблюдаю за всем этим с полным недоумением и боюсь даже слово вымолвить.

— Хорошо. Без проблем, — соглашается папа.

Женя прощается с ними и уходит. Провожаю его до калитки и, отойдя подальше от родителей, наконец решаю прояснить ситуацию.

— Жень, ты же сам сказал, что циклон какой-то и неделя без катки.

— Малыш, мы не будем кататься. Мы первым сапсаном поедем в Москву на твои вступительные. Кинь мне паспорт. Я куплю билет. Мечты надо исполнять.

— Ты серьёзно? Не могу поверить!

— Поверь. Я же верю в тебя! — Женя обнимает меня и шепчет в волосы, — малыш, успокойся и возьми себя в руки. Не показывай родителям своё возбуждение и волнение, спалишься.

Просыпаюсь по будильнику в четыре утра и чувствую себя, как в шпионском боевике. Я даже Жене отправила свой паспорт в секретный чат.

Мне нужно одеться и причесаться так, будто иду кататься, если вдруг родители проснутся. Нужно сложить в рюкзак вещи на сменку, а тубус с ватманом и принадлежности для рисования я ночью перекинула Жене за забор.

Нервничаю жутко, кажется, что у меня всё на лбу написано и все в курсе, хотя это, конечно же, не так.

На цыпочках выхожу из комнаты и тихо крадусь к выходу. Всё чисто. Никого нет.

Быстро пересекаю участок и выбегаю за забор. Прислоняюсь к калитке и дышу впервые с тех пор, как вышла из комнаты.

Пишу сообщение Жене, что я готова и жду. Поезд через час двадцать, немного времени в запасе есть.

Женя сообщение не читает. С каждой минутой я начинаю нервничать сильнее. До вокзала ехать час, надо еще вызвать такси или, если мы поедем на его машине, то её припарковать и дойти до нужного вагона. Времени в обрез, а он даже не прочёл.

Перелезть к ним через забор и постучаться? Подхожу к воротам и замечаю звонок. Нажимаю на него, но, судя по щелчку, он не работает.

Проверяю галочку в телеге каждые несколько секунд, но она по-прежнему одна.

Я уже не знаю, куда деться, до поезда час, а он спит. Вот это подстава.

От безысходности сажусь на корточки и начинаю плакать. Я только поверила, что моя мечта исполнится, что чудеса случаются, и такой облом.

Так жалко себя. Дура. Поверила, что смогу одна провернуть такое дело и в итоге сбежать от родителей. Ага, конечно.

Слёзы текут, сопли текут, лезу в рюкзак за салфетками, как слышу хлопок двери и в ту же секунду ворота начинают разъезжаться.

Подскакиваю, подбегаю к воротам и вижу Женю. Он неторопливо идёт к машине, машет мне, и видно, что он дико сонный.

— Прыгай, бемби, соррян, будильник выключил случайно.

— Женя! До «Сапсана» пятьдесят пять минут.

— Не кипишуй, малыш. Ща по платке домчим, я уже пробил. Ты что, ревела?