Книга Бухгалтер для Босса, страница 22 – Никки Зима

— Я не очень понимаю, какая разница, кто был директором.

— Большая! Кто-то воду мутит. Это какая-то афера. Генеральный директор в этих документах указывается только для связи, по закону он лично ничего не должен.

— Ну, — говорит Вася, — значит, всё нормально?

— Не нормально, — тычу пальцем в экран, — я глянула бумаги. Он, Мещеряков, числится по этим договорам поручителем.

Вася свистит.

— Это получается, что если компания не заплатит, то долги лягут на него лично. Что-то очень сложно получается. Может, просто ошибка?

— Не может. В четырёх договорах?

— Думаешь, Карина?

— Думаю, подстава! Не смешите мои тапочки, как говорят в Одессе. Карина маркетолог, она в таких делах ни ухом, ни рылом.

— Слушай, Жуль. Мне кажется, у неё с Мещеряковым того…

— Чего того?

— Ну, шпили-вилли. Народ шушукается.

— Народ шушукается, что мы с тобой живём как муж и жена, Василь.

— Ну и что?

— А ничего. Когда долг отдашь?

— Какой долг?

На этот раз он хмурится, пытаясь вспомнить, как мы вчера расплачивались за вареники.

— Супружеский! Да шучу я, расслабься. Это к тому, что не стоит верить всему, что народ говорит.

— А-а-а, понятно.

Василь иногда страшный тугодум.

— Что делать будем?

— Надо к Мещерякову идти со всем этим. Поможешь?

— Жуль, извини, я пас. Я нетрус, но я боюсь. Даша говорит, что он десятерых на увольнение в план поставил. Вдруг я среди них.

— Я так и знала, Василь, что на тебя нельзя положиться.

— Ну, Жуль, всё что угодно, только не это. Ты же знаешь старую казацкую поговорку: гонцу с доброй вестью — чарку, а с дурной — плеть!

— Ладно, сама пойду. Была не была, пусть меня уволят. Он мне вчера за дресс-код при всех выговаривал, сегодня точно уволит. Не успела я купить брючный костюм…

Василь стыдливо прячет глаза, потом набирается мужества и меняет своё решение:

— Жуль, ты права. Прости, что-то нашло на меня. Я передумал. Давай мне все бумаги. Я вместо тебя пойду. Пусть только попробует уволить. Давай!

— Перестань. Я сама пойду.

— Нет! Не дам тебя в обиду, ты вчера ни за что нахватала. Не растаю.

Василь проявляет неслыханную отвагу, чем вызывает уважение.

В этот момент до меня доходит, что в век интернета и мессенджеров идти к Мещерякову необязательно!

Я делаю скриншоты. Всё подряд: список исков, даты, формулировки, требования. Копии договоров, бегунков и т. д.

Набираю воздуха в грудь.

— Ты чего? — спрашивает Вася.

— Я ему сейчас всё вышлю на телефон.

— Гениально, Жуль, ты красотка!

В предисловии Мещерякову пишу, что он просил разобраться с договорами, в ходе разбирательства выяснилось, что на компанию поданы иски, к которым я не могу иметь отношения.

Потом отправляю!

Вася смотрит на меня с уважением.

— А ты голова, Жуля.

— Голова, — соглашаюсь я, глядя на ответ Мещерякова. — Только сейчас мне эту голову отсекут. Он меня вызывает.

— Я с тобой!

— Ценю твою помощь, но ты останешься здесь, на случай если после Мещерякова меня придётся откачивать и вызывать скорую.

Василь очень переживает. Это отражается на его лице. Вообще он неплохой малый. По крайней мере как коллега.

— Давай, с Богом! — он крестит меня перед тем, как я, выдыхаю, беру бумаги и направляюсь к кабинету Мещерякова.

Потом мы хором шепчем друг другу наш профессиональный слоган:

— Другие богатством гордились или знатностью. А мы — своей профессией. Есть такая профессия — балансы защищать. Есть такая профессия — бухгалтер!