Книга Тени княжеской усадьбы, страница 90 – Елена Михалёва

Из тумана, словно вызванная её непрерывными мыслями о преступлении, возникла женская фигурка в потёртом мешковатом ватнике. Воронцова с первого взгляда признала Марусю, молодую горничную и соседку по комнате покойной Аглаи, к которой они наведывались минувшей ночью. Она шла от строений скотного двора, чуть сгорбившись, с двумя пустыми вёдрами в красных от холода руках. Увидев Варю, девушка вздрогнула и едва не выронила вёдра.

— Маруся! – радостно окликнула её Варя и заспешила навстречу. Она старалась выбирать путь по редким островкам более плотного снега. – Как замечательно, что я тебя повстречала. Подожди минуту!

Девушка замерла, словно пригвождённая к месту. Испуг в её глазах сменился растерянностью.

— Барышня… Варвара Николаевна, – пробормотала она, беспомощно озираясь, будто искала неведомого спасения в тумане. – Что вы так рано и одна? На дворе-то слякоть. Измараетесь, поди, вокруг дома гулямши.

Воронцова пропустила мимо ушей её вопросы. Она решила, что нужно действовать как можно быстрее, пока Маруся не опомнилась.

— А ты далеко ходила? – Варя попыталась говорить дружелюбно, но, кажется, лишь ещё больше сбила с толку несчастную служанку.

— Так ведь нет, недалеко. – Маруся растерянно тряхнула вёдрами, и те загремели. – Я всегда на дворе помогаю, ежели надобно.

Варя подумала, что пользоваться чужим смятением – низко и недостойно, однако раз уж такой шанс представился…

— Прекрасно. А ты знаешь, где именно нашли Аглаю? – напористо спросила она, подойдя ближе. – Покажи мне это место. Да поточнее.

— К чему вам? – мотнула головой горничная, и румянец на её круглых щеках приобрёл жгучий оттенок.

— Хочу взглянуть, вдруг увижу что-то, что полиция проглядела.

Маруся отпрянула, будто её ударили, и выронила вёдра. Те с дребезжанием упали в грязь.

Лицо горничной исказилось суеверным ужасом.

— Ой, барышня, да что вы! Не след туда ходить-то! Грех это, покойницу тревожить до похорон. А ну как вы за нею, а она потом за вами увяжется, душа беспокойныя, стало быть, – забормотала она, крестясь дрожащей рукой. – Да и мне некогда, ей-богу. Дел по горло. Анфиса Митриевна убьёт, коли задержусь.

Она бойко подхватила вёдра.

— Никто не узнает, – настаивала Варя и преградила ей путь. – Только покажи направление. И всё. Я сама дойду.

Под этим неумолимым давлением сопротивление Маруси сломалось. Она, не поднимая глаз, махнула мокрым рукавом в сторону тумана.

— Вон там тропка есть к пруду. Аглаю под старой ивой нашли, что корявая вся. У самой воды лежала, – отрывисто проговорила она. И, словно боясь, что её заставят идти туда, резко дёрнула головой. – Простите, барышня, ей-ей, некогда мне. Наругают.

И, не дожидаясь ответа, она шмыгнула в сторону кухни, побрякивая вёдрами. Горничная быстро растворилась в серой пелене. Варя задумчиво посмотрела ей вслед. Страх Маруси стал сильнее любопытства или даже долга.

Она побрела в указанном направлении. Ботинки чавкали и хрустели в рыхлом мокром снегу, перемешанном кое-где с грязью.

Картина, которая открылась Воронцовой у пруда, была безрадостной до отчаяния. Берег, должно быть, аккуратный и подмёрзший ещё пару дней назад, теперь представлял собой размытое, глинистое месиво. Тёмная и неподвижная вода подступила почти к самым корням старых деревьев. Следов вокруг не было никаких. Ни кровавых, ни следов борьбы, ни отпечатков сапог. Ни даже свидетельств того, что здесь вообще когда-то нашли тело и забрали, натоптав. Оттепель поработала на совесть. Она всё смыла, спрессовала, растворила в грязи. Лишь несколько скользких камней, которыми когда-то была выложена декоративная кромка, торчали из жижи, как крошечные надгробия.