Книга Хозяйка сада черных роз, страница 19 – Катерина Кавалье

Она наклонилась и осторожно коснулась губами края крышки.

— Requiem aeternam dona ei, Domine…^[1] и свет Твой пусть ведет его. Аминь.

Дамиано видел перед собой ту, чей голос срывался на каждой букве, он слышал пролитые слезы, смотрел на скорбящую вдову. И когда она развернулась, чтобы посмотреть ему прямо в глаза, он увидел последствия всех страданий.

Она была поистине красива. Выразительные глаза, изящные черты лица, не тронутые ничем, кроме семейного горя, отразившегося на ее явной худобе. Они смотрели друг на друга через весь проход, замершие во времени.

Корсани напоминала Дамиано кого-то, кого он знал давно, но видел впервые. Он не мог не задуматься, что у нее, этой девушки чуть младше него, придется отобрать все только потому, что она оказалась женой не того человека.

Казентино подал ей руку и подвел к месту. Промокнув глаза платком, Кьяра разместилась в первом ряду и больше не позволила себе обернуться.

* * *

Люди выходили медленно, разговаривали о том, что не предназначалось для чужих ушей. Кто-то подходил к семье, еще раз выражал соболезнования, ловил мимолетную улыбку юной вдовы и ее сдержанные благодарности.

На похоронах такого человека ни у кого не было слез, но сожаление все равно витало в воздухе.

— Что думаешь? – Виктория отвлеклась от беседы с кем-то из семьи Скьяретта и наконец вернулась к нему с логичным вопросом. Маттео до сих пор оставался в толпе.

— Упрямая, – только и бросил Дамиано, еще раз осмотревшись. Корсани не находилась. – Будет стоять до последнего.

— Но…

— Слабое место есть, и где-то на поверхности. Ты выяснила что-нибудь?

Она мотнула головой с очевидной досадой.

— Никто ничего не знает. Я надеялась на Ди Кристину, у них с Корсани были связи, но там тоже…

Виктория прервалась на полуслове, Дамиано сразу поднял взгляд. Кейл появился так, будто просто вышел из воздуха.

— Синьор Росетти, – произнес он и наклонил голову на миллиметр, ровно настолько, чтобы не оскорбить, но и не показать уважения.

Виктория приподняла бровь. Маттео, кажется, тоже заметил изменение обстановки.

— Казентино, – кивнул Дамиано так же ровно.

Тишина между ними стала странно плотной. Они оба слушали ее, как будто пытались выяснить, что скрывалось за шумом утекающей толпы.

Кейл заговорил первым:

— Мадонна желает поговорить лично.

— Сейчас?

Врать он бы не стал, его это удивило.

Казентино слегка склонил голову.

— У нее был тяжелый день, но она в полном порядке и хочет… ясности.

Слово прозвучало так, что Виктория улыбнулась – профессиональная оценка: Кьяра держится.

— Что именно она хочет обсудить? – спросил Маттео, как только оказался рядом.

— Детали разговора меня попросили оставить в тайне.

Всегда такой вежливый и обходительный… Если он еще не продавил Корсани на полное подчинение правилам, Дамиано даже удивится. Он осторожно опустил руку Виктории со своего локтя и махнул вперед.

— Веди.

Казентино, очевидно, раздражало само присутствие семьи Росетти, еще и такое наглое, но ни одной эмоцией он этого не выдал. Вместо этого показал дорогу вдоль бокового прохода.

Дамиано бросил взгляд на Викторию – она лишь слегка пожала плечами и подхватила под руку уже Маттео. Идти пришлось, тем более что интерес и так не давал покоя все эти долгие часы церемонии.

— Она ждет в ризнице. – Казентино дал ему дорогу к двери и отступил.