Книга Сердце сирены, страница 109 – Кэтрин Болфинч

Совершить что-нибудь безумное.

Выглядело так размыто, что сначала я даже подумал, что неправильно перевел. Но онлайн-переводчик был одного мнения со мной. Так что потом мне пришлось удивиться – почему эта строка до сих пор не вычеркнута? Я был уверен, что у Элизабет накопилось достаточно вещей, которые можно отнести к понятию «безумно».

Это я и собирался спросить у Лиззи, когда остановил мотоцикл у ее подъезда.

Мой взгляд поднялся к ее окнам, в них горел тусклый свет. Значит, она сидела на кухне. Там же, где я оставил ее два часа назад. Мне с трудом удалось улизнуть, сказав, что муж моей старшей сестры приказал кое-что проверить. На самом же деле мне пришлось найти байк на вечер.

У меня была одна достаточно безумная идея.

Я поежился от легкого моросящего дождя, достал телефон и набрал номер Элизабет. В трубке долго раздавались гудки, и мне уже стало казаться, что она и вовсе не ответит. Может быть, решит, что я ей не нужен вообще. Может быть, я доставлял ей больше проблем, чем дарил хорошие впечатления.

— Уже соскучился, красавчик? – внезапно на том конце прозвучал обманчиво ехидный голос, вызывающий улыбку. Я качнул головой.

— Всегда, маленькая сирена, – хрипло отозвался я. – Я скучаю по тебе всегда. Даже когда мы рядом.

— Ты позвонил, чтобы это сказать?

— Позвонил сказать, что жду тебя у подъезда, и это очень важно.

— Ты уехал всего два часа назад, что изменилось?

— Просто спускайся. – Я оставил ее без ответа, сбросил вызов и достал сигарету. Мне еще никогда не хотелось делать что-то для другого человека. Что-то настолько странное и громкое.

Элизабет не заставила себя долго ждать, уже через пять минут дверь ее подъезда открылась, и девушка в джинсах и объемной толстовке вышла на улицу. Ее брови удивленно поползли вверх, когда она увидела мотоцикл рядом со мной. Я усмехнулся, приглашающе махнув ладонью.

— Не буду спрашивать, у кого ты его украл, – хмыкнула Лиззи, когда оказалась около меня.

— Вернее сказать, одолжил, – я щелкнул по ее носу пальцами и надел на нее запасной шлем. Элизабет поморщилась, с любопытством наблюдая за моими эмоциями. Я же не мог описать всего, что творилось у меня в груди. Обычно я проворачивал этот трюк в одиночку. И было это всего пару раз за те полтора месяца, которые я провел в Лондоне.

Уже через несколько мгновений мы рассекали по мелким лужам, оставшимся после недавнего дождя. Сырой, прохладный воздух обволакивал, словно мы и сами стали его частью.

Мимо промелькивал вечерний Лондон, наполовину спящий, наполовину шумный и дикий. Мне здесь нравилось. Все-таки нравилось играть роль кого-то другого, жить, не оглядываясь в темных переулках, быть никем. Хотя я не отрицал, что это только потому, что я нашел в этом городе Лиззи.

Элизабет, словно прочитав мои мысли, крепче вцепилась в мой торс пальцами, когда дорога вильнула в сторону. Нам оставалось всего несколько кварталов до пункта назначения, и чем ближе мы становились, тем больше я волновался. Что, если сегодня не получится? Что, если нас поймают? И что, если именно сегодня не будет ни одной поставки?

Мне удалось успокоиться лишь около въезда для грузовых машин. Нужно лишь правильно проехать несколько метров до закрытой парковки, и там нас уже никто не заметит, а рычание мотора скроется за шумом металлических конструкций для разгрузки.