Книга Сердце падшего короля, страница 134 – Кэтрин Болфинч

Я спустилась вниз, в гостиную. Рамона и мама уже сидели на диване, чинно сложив руки на коленях. Как две статуи. Стало смешно. У мамы будто появился второй ребенок. И куда смотрел отец, когда выбирал ее? Она ведь старше меня всего на пять лет. Рамоне в феврале исполнилось двадцать восемь. А моему отцу в сентябре было бы сорок девять.

Почему мама теперь таскалась с Рамоной повсюду? Неужели нашла себе компанию, которая не придумывала за спиной обидные прозвища? Я почти задала этот вопрос им, но не успела. Мама подскочила на ноги, как только увидела меня. Рамона отвела взгляд.

— Девочка моя, – прошептала мама сквозь слезы, обнимая меня за плечи. Я похлопала ее по спине, будто мы и не были знакомы раньше, будто моя боль всего лишь игра.

— Что вы хотели? – я вопросительно выгнула бровь, кивнула прислуге. – Принесите ромашковый чай.

— А ты изменилась, – буркнула Рамона, остановив взгляд на мне, а я рассматривала их обеих в ответ: и мама, и Рамона в строгих черных платьях, и у той, и у другой блестели глаза от слез, а темные волосы оказались заколоты на затылке. Игра или они действительно оплакивали смерть отца?

Я ничего ей не ответила. Разве может остаться неизменным человек, которому пришлось пережить настоящее дерьмо, которое и не собиралось заканчиваться?

— Не рано начали обсуждать похороны? – хмыкнула я. Вряд ли его убийство оставят без расследования. Понятно, что дело замнут, но общественности необходимо знать хоть что-то. Именно так работали газеты. Надеюсь, мое имя не будет мелькать на желтых полосах.

— Ты единственная наследница, Лола, – проговорила мама, театрально промокнув глаза платком и усевшись обратно на диван. Я сложила руки на груди, покачала головой.

— И вы пришли попросить пожить в моем доме? Или мне кинуть вам купюру, как кость собакам, и наблюдать, как вы за нее деретесь? Чего вы от меня хотите? Разве не удалось выгодно меня продать, мама? Отец ничего не дал тебе в награду за содействие в его идиотском плане? – я усмехнулась, наслаждаясь их растерянностью. Теперь я была уверена, что карма существует. Я была этой кармой. Кажется, жестокость заражала. Иначе откуда бы во мне взялась вся эта ненависть, в которой я хотела их утопить?

Мама вскочила, подцепив клатч с колен, зло взглянула на меня, почти как в детстве, когда пыталась взять ситуацию под контроль. Я не отреагировала.

— Тогда ты и займешься похоронами! – выплюнула она, а затем направилась к выходу, звонко стуча каблуками. Это не вызывало ничего, кроме смеха.

— Лола, – позвала Рамона. Она была такой тихой, что я даже забыла о том, что девушка тоже здесь находилась. – Знаю, что просить неправильно, но мне больше некуда пойти, негде жить, – Рамона сжала ладони в кулаки, будто все, что она говорила, шло вразрез с ее мыслями. Мне стало ее даже жаль.

— Оставайся в его доме, – припечатала я, зная, что никогда туда не вернусь. Этот дом уже не мой. Я еще помнила ее слова, отдаленно похожие на поддержку. Подругами мы никогда не станем, пусть она молча сидит в белых стенах.

Рамона округлила глаза, разглядывая меня с немым вопросом в глазах, а я не посчитала нужным отвечать, поднялась на ноги, даже не попробовав принесенный ромашковый чай.

— Дверь найдешь сама, – оповестила я, направляясь из гостиной, и едва не упала, заметив в проеме Лукаса. Сердце кольнуло, дыхание остановилось, словно кислород в мире кончился.