Книга Девичник, страница 82 – Сандра Блок

Понятия не имею, где я и в каком направлении движусь. Ясно одно – нельзя, чтобы он меня догнал. Рюкзак бьет по спине, бедро ноет, и, кажется, у меня распух локоть. Не обращая внимания на боль, думаю о том, как убежать. Стив по-прежнему гонится за мной, едва не наступая на пятки. Я поскальзываюсь, чудом не падаю.

Беги, беги хоть изо всех сил, тебе меня не поймать, я Пряничный человечек^[15]!

Не знаю почему, в голову приходят строчки из детской сказки. Да и вообще ощущение, как будто я угодила в какую-то до нелепости жуткую, неправильную сказку. Те, кто должен мне помогать, не помогают, жена фермера собиралась отрезать мне хвост разделочным ножом, а теперь я села в машину к Серому волку. И все это ни на шаг не приблизило меня к Лэйни и Мэлоди. Всю ночь я только и делаю, что убегаю от психов.

— Стой! Вернись! – злобно вопит Стив.

Однако я слышу, что он уже запыхался. Видимо, мистер военный позабыл о тренировках.

— Поймаю – хуже будет!

Проверять, выполнит ли он свою угрозу, желания нет. К счастью, его дыхание у меня за спиной становится все тяжелее и прерывистее. В какой-то момент понимаю, что расстояние между нами увеличивается.

— Вернись! – задыхаясь, кричит мне вслед Стив, однако это последняя, уже довольно вялая попытка. Надеюсь, он решит, что я того не стою.

И все-таки я не смею оглянуться или сбавить темп. Вдыхая ледяной воздух, бегу вперед до тех пор, пока его шаги за спиной не смолкают совершенно.

— Теперь можно и помедленнее, – звучит голос в голове.

Нет, нельзя искушать судьбу – вдруг Стив меня догонит. Пытаюсь не обращать внимания на жжение в груди и колющую боль в боку. Бегу до тех пор, пока далеко позади меня не раздается приглушенный звук закрывающейся двери.

В какой-то момент я решаюсь оглянуться.

Стива нигде нет.

Долетает рев мотора, и меня посещает странная мысль: пикап проглотил Стива и таким образом меня спас.

Услышав скрип снега под колесами, я наконец расслабляюсь.

* * *

В конце концов я сбавляю скорость и перехожу на шаг, а потом и вовсе останавливаюсь. Согнувшись пополам, упираюсь руками в колени, пытаясь отдышаться. Лямки рюкзака больно впиваются в плечи. Ладно, раз уж мне больше не надо ни от кого убегать, можно и оглядеться.

Вокруг бескрайнее белое поле, насколько хватает глаз. Небо чуть посветлело и из чернильно-черного превратилось в грифельно-черное. Ели стоят, покрытые шапками снега. Снег, снег, бесконечный снег.

В голову не приходит ничего лучше, как вернуться на дорогу, которая еле виднеется вдалеке. Я даже не могу с уверенностью сказать, туда ли иду. Достаю компас, но в темноте ничего не разглядеть, а лезть за фонариком и уж тем более разбираться с картой сил нет. И тут я замечаю собственные следы. Что ж, еще одна сказка! Гензель и Гретель: попытаюсь вернуться домой по хлебным крошкам.

Пока я пробираюсь обратно к дороге, в голове, в такт шагам, один за другим возникают вопросы. Это все Эрик Майерс? Мог ли он совершить побег? Он говорил об этом. Впрочем, они все об этом говорят.

Я не воспринимала всерьез его слова, сказанные с какой-то невероятной бравадой. Все заключенные болтают о том, что однажды сбегут, но скольким это действительно удается? Ответ я знаю: менее, чем одному проценту (я собирала материал для выпуска о побегах, который, конечно, вел Флетчер Фокс). И даже если Эрик Майерс все-таки смог это сделать, зачем ему нападать на меня? Ведь я единственная в состоянии ему помочь. Да и к тому же как бы он вообще узнал, что я здесь?