Книга Если вы меня слышите. Книга 1, страница 167 – Елена Михалкова

Каковы шансы, что Серафим Чаянов сидит в подвале у родителей угонщика? Бабкин не имел привычки врать себе. Он поразмыслил и оценил их как семьдесят к тридцати. Шакунаев привезет мальчика на парковку и перетащит его в другую машину – в машину Малявина. Вот и всё. Никаких сложных схем, никаких обменов. Один следит, не появится ли случайный свидетель, а второй в это время управляется с грузом. Полторы минуты – и каждый возвращается за руль и разъезжается по своим делам.

Илюшин пошел по комнате с такой скоростью, что у Сергея замельтешило в глазах. Казалось, сейчас перед ним будет исполнен трюк мотоциклистов, когда они, разогнавшись, проносятся по стенам.

Остановившись так же внезапно, как начал движение, Макар обернулся к нему:

— Поехали. Ствол возьми.

— Еще не хватало, – проворчал Бабкин, пристегивая кобуру.

От утренней малолюдности не осталось и следа. Два часа назад ему казалось, что все автомобилисты впали в спячку. Сейчас он не мог отделаться от ощущения, что вся Москва дружно куда-то поехала.

— Скрипач доставляет свой груз на чужой машине, – пристегнувшись, возбужденно сказал Макар. – Каждый раз использует новые. Он выбирает те, владелец которых по какой-то причине не сможет заявить об угоне. Например, сидит в тюрьме. Что происходит дальше: он привозит мальчика на парковку, прячет ключ в условленном месте – допустим, под крылом, – и пересаживается в другую машину, которую пригнал туда заранее. Все. Клиент приезжает, вынимает ключ, садится за руль, отгоняет машину к себе домой.

— А охрана? – возразил Сергей. – У охраны поселка, по-твоему, не должно возникнуть вопросов? Малявин водит «мерседес», а тут вдруг пришкандыбал на «фольксвагене».

— Малявин может позволить себе хоть на ишаке, как ты выражаешься, пришкандыбать. На чем он разъезжает, это его дело, и охраны поселка оно не касается. Но скорее всего, они вообще ничего не замечали, потому что он открывал ворота собственным брелоком.

— А потом? Тачка не числится в угоне.

— Малявин отгоняет «фольксваген» на прежнее место и уезжает на такси. Скрипач прогоняет салон через химчистку и возвращает туда, где она и была. Скорее всего, он сам никакого отношения к этому уже не имеет.

— Тачку могут тормознуть гайцы, – упорствовал Бабкин. – А ты сорок раз повторил, что он осторожен.

— Отболтается или сунет взятку. Соврет, что взял у друга покататься! На какой-то риск ему неизбежно приходится идти. Но этот способ гарантирует, что он не будет встречаться с клиентом.

Они встали на светофоре, и Сергей огляделся. Всю дорогу его не оставляло странное ощущение. Он вел очень аккуратно, держал дистанцию вдвое больше привычного, и все равно не мог отделаться от смутного беспокойства.

— Если ты прав, талон мог остаться у Малявина от той поездки, когда он возвращал машину.

— Мог, – согласился Макар. – Но Скрипачу в жизни не найти такого же подходящего места, как эта парковка. Передача груза – самая уязвимая часть его плана. Он сообразил, как вообще ничего лично не передавать. Пригнал машину, прикрепил ключ магнитом к днищу, развернулся, ушел. Все!

Илюшин развел руками, как будто ждал аплодисментов.

— Хорошо, допустим. – Сергей тронулся, зыркая по сторонам с удвоенной внимательностью. – Допустим, все так, как ты говоришь. И что ты предлагаешь делать, когда мы окажемся на месте?