Книга Мертвый кролик, живой кролик, страница 120 – Елена Михалкова

— Простите, я его уведу…

Сергей спиной ощущал ее разочарованный взгляд.

— Пока ты там томился и млел от неразделенной страсти, я кое-что выяснил. – Илюшин сунул под нос смущенному Бабкину телефон с открытой фотографией документа. – Это договор. Нина подписала его в пятницу утром. Заключен с неким Русланом Николиным, директором предприятия «Конкордия». «Конкордия» – это производитель препаратов, повышающих иммунитет, причем специализируются они на больных, прошедших химию и лучевую терапию. Тебе это ничего не напоминает?

— Ну, Казимира с его «Акримоном»…

— Только в отличие от «Акримона» у «Конкордии» хорошая репутация. Они начали продвигать свое лекарство на рынок три года назад, это новая разработка. Ладыженская утверждает, что Нина давно к ним присматривалась. О том, что договор подписан, Ладыженская не знала и самого Николина в офисе не видела, но по моей просьбе проверила документы Ратманской и нашла ее экземпляр договора.

— Ну, подписать могли где угодно, хоть в «Кофемании», – сказал Сергей. – Эти две медицинские фирмы – как наперстки, под одним из которых прячут шарик. Не соображу, куда смотреть.

— Смотреть надо на Аллу и Алика Ратманских, – ухмыльнулся Илюшин.

Возле голубой панельной девятиэтажки стояла старуха в центре круга из пшена. Голуби толпились у нее под ногами, сидели на проводах и расхаживали по козырьку над подъездом.

— …При обстреле эта сторона улицы наиболее опасна, – пробормотал Сергей и отъехал подальше от проводов.

К Шурыгиной сыщики опоздали на час. Вера встретила их в длинном темном платье, которое Сергей мысленно окрестил монашеским. Лицо у нее было измученное.

— Здравствуйте, проходите, пожалуйста…

— Кто там, Верочка? – раздался из комнаты сиплый старческий голос.

Вера со вздохом подошла к двери.

— Мама, я тебе говорила. Это частные детективы, они ищут Нину Забелину.

— Нину Забелину, Нину Забелину… – забормотала старуха. – Только впустую время тратят. Сгинула – туда ей и дорога! Бесстыжая была женщина, одним местом пробивалась, карьеру делала…

— Ты ведь не помнишь Нину, правда? – с болезненной улыбкой спросила Вера. – Ты даже не понимаешь, о ком идет речь.

— Я все помню! Не смей выставлять меня беспамятной дурой перед посторонними людьми!

Илюшин протиснулся между Бабкиным и стеной.

— Вы не представите меня вашей маме, Вера Андреевна?

Вера удивилась, но кивнула. Пока Илюшин рассыпался в комплиментах возле постели старухи, Бабкин стоял в узком полутемном коридоре и думал: если бы перед Верой завтра возник богатый отец и предложил ей, как Нине, новую жизнь, Шурыгина согласилась бы? Или осталась в своей убогой панельке, жилая площадь – сорок два метра, застекленная лоджия, санузел раздельный… «И кому от этого решения было бы лучше?» – прозвучал у него в голове насмешливый голос Илюшина.

— Пойдемте в кухню, я чай заварила, – глуховато сказала Вера.

Бабкин, задержавшись в прихожей, шепнул Макару:

— Ну что, очаровал лежачую бабку?

— Само собой, – невозмутимо ответил Илюшин. – Заодно убедился, что там реальная старушенция, а не записанный голос.

На кухне Вера поставила перед сыщиками чашки, выставила вазочку с печеньем и села, забыв налить чай. Казалось, она двигается механически, как смертельно уставший человек.

— Вера Андреевна, когда вы с Ниной виделись в последний раз? – спросил Макар.