Книга Тигровый, черный, золотой, страница 143 – Елена Михалкова

— Какая?

— Как ни крути, Имперский союз – не настолько денежное предприятие, чтобы устраивать за него подобные бои.

— Сорок тысяч долларов тебе не деньги? – язвительно спросил Бабкин.

— Это не регулярный доход, а разовая акция. Сегодня продал картины и обманул художника, а завтра – не получилось. Для Ясинского союз – только одна из сфер его деятельности. Приятно журчащий денежный ручеек, вливающийся в пенсию.

— Тогда отчего не допустить, что грохнули его из-за других ручьев и полноводных рек?

— Можно допустить, да, – согласился Макар.

— И ювелир в твою схему не вписывается.

— Но если предположить, что я прав, кто больше всех приобрел в нынешней ситуации?

— Борис Касатый, – сказал Сергей, подумав.

— Похоже на то. Возглавил союз, ни в чем себя не запятнал.

— Пока не возглавил!

— Ну, это дело времени. Раз Ульяшин в больнице, нужна замена. И Касатый – один из тех, кто врал о вечеринке у Ломовцева. Эх, как же не вовремя свалился Ульяшин! Я его почти дожал…

— Надо колоть кого-то из оставшихся четверых, – твердо сказал Сергей.

— Кого именно? Если за этим стоит Касатый, он будет молчать. Взглянуть бы на бухгалтерию союза, – задумчиво протянул Макар. – Но документация изъята следователем, и вряд ли нас к ней подпустят.

— Вряд ли там отражено реальное положение вещей, – поправил Бабкин.

«Многоходовка, разыгранная Юханцевой…» Сергей понял, что царапало его все это время.

— Слушай, а откуда Юханцевой было знать о том, что любовница Ульяшина позирует Бурмистрову? Неужели она общается и с той длинноногой красоткой? Как там ее – Мария?

Илюшин расцепил пальцы и резко сел. Глаза его заблестели.

— Слежка! Серега, вот что это было! Готов спорить на что угодно: Юханцева наняла частного детектива, чтобы следить за Бурмистровым. Она очень быстро выяснила, что они с Ульяшиным делят одну женщину, и отозвала своего сыщика. Ей этого было более чем достаточно. Разыграв эту карту через Анаит, свалила Бурмистрова – и успокоилась!

Бабкин выразился о Юханцевой довольно грубо.

Илюшин пожал плечами:

— Я ее в чем-то понимаю. Не хватает женщине интриг на работе! А где интриговать, где, скажи? Душа просит могущества и славы!

— В компьютерные игры пускай играет, – отрезал Сергей.

— Нет, это не то…

— Между делом подставила наивную девчонку. Не могла Юханцева не знать, что Бурмистров уволит помощницу! Анаит еще повезло, легко отделалась…

— Наивной девчонке не помешало бы поумнеть, – без всякого сочувствия сказал Макар. – И, если зарплату она получает от Бурмистрова, а не от Юханцевой, слушаться его распоряжений, а не ее. Чей хлеб ешь, того и песни поешь, как говорят немцы.

— Циник.

— По счастью, безголосый.

Сергей заметил, что на них начали коситься.

— Торчим тут с тобой, как два педофила на привале, – буркнул он. – Пойдем пройдемся.

— А меня здесь все устраивает. – Илюшин подставил лицо солнцу и сощурился, точно кот. – Значит, Голубцова, Касатый, Ломовцев…

— Голубцова в этой компании единственная, кто ничего не выигрывает ни при каком развитии событий, – сказал Сергей. – Сидит себе, малюет птичек. Противная она тетка, но и только.

Илюшин повернул к нему голову и зажмурил один глаз.

— Сережа, запомни раз и навсегда: количество глупости рано или поздно переходит в качество сволочизма.