Книга Убийства на выставке собак, страница 178 – Питер Боланд

— Я не должен был выступать первым. Нет, меня планировалось выпустить после попытки установить мировой рекорд по самой длинной конге^[69], но я сказал организаторам, что после такого выступать не смогу.

Смех зрителей был отрывистым, но совершенно точно становился громче. Корзинщик завоевывал аудиторию.

— Знаете, у меня не всегда было прозвище Корзинщик. В семидесятые годы я был большим поклонником Элтона Джона и работал в салат-баре, где меня звали Ракетчиком^[70]. – Смех усилился до раскатистого гогота. Корзинщик продолжил, эта реакция зрителей его явно подбодрила. – К сожалению, меня уволили с этой работы, и я пошел в модели, рекламировать камуфляж. Но неудачно – мне сказали, что не видят меня в этой роли. – Он замолчал на мгновение. На этот раз смех прокатился по всему залу. Корзинщик прошелся по сцене, его уверенность росла, он смотрел на море ухмыляющихся лиц, ожидающих следующей шутки. – Однако мне удалось устроиться на фабрику «Ризла»^[71], но оттуда меня тоже выгнали, потому что я отказался делать все по их правилам. Я сказал им, что так крутиться не буду. – Тут раздался настоящий хохот. Корзинщик подождал, пока он стихнет, и продолжил: – Я разочаровался в работе и отправился в путешествие по Китаю. Познакомился с красивой китаянкой из Коммунистической партии. Но пришлось порвать с ней – в этих отношениях было слишком много красных флагов^[72]. – Смех теперь долетал до потолка. – Вернувшись домой, я под вдохновением своей поездки на Восток открыл бизнес по производству оригами, но он быстро свернулся.

После этого он сыпал шутками и афоризмами, выдавая их друг за другом. Важнее всего было то, что они все получились смешными. К тому времени, как Тревор закончил выступление, зрители требовали продолжения, и он покинул сцену под гром аплодисментов.

После окончания всего представления дамы встретились с ним в баре, Тревор сжимал награду в одной руке и стакан с виски в другой. Дамы по очереди обняли и поздравили своего друга.

— Тревор, поразительное выступление. Просто великолепное, – похвала лилась из Фионы рекой. Она была счастлива за него и глубоко внутри скрывала чувство вины из-за того, что когда-то в нем сомневалась.

— Третье место, – улыбнулся он. – Неплохой результат, и я еще получил сто фунтов за свои труды.

Он проиграл только фокуснику, который внезапно исчез, а затем возник на балконе, удивив и очаровав всех зрителей. Всех, за исключением Неравнодушной Сью, которая клялась, что это брат-близнец и она видела их обоих в магазине. Первое место отдали девушке-подростку, которая тоже творила чудеса, но только на скейтборде, крутясь на нем с грациозностью балерины так, что смутила бы сэра Исаака Ньютона.

— Вы выступили блестяще. – Сью игриво хлопнула Корзинщика по руке.

— Это было уморительно. Так смешно, как бывает по телевизору, – с улыбкой сказала Дэйзи.

— Отличная работа, Тревор. Я могу угостить вас стаканчиком чего-то горячительного? – предложила Фиона.

— Обычно я после такого предложения готов и руку оттяпать, но сегодня меня все угощают и угощают. – Он показал на целый ряд стаканов с виски, выстроившихся у него за спиной и готовых к тому, чтобы их выпили.

— Значит, Корзинщика, продавца мебели, больше нет, его сменил Корзинщик-комик? – спросила Дэйзи.