Онлайн книга «Убийства в пляжных домиках»
|
Внизу страницы Фиона написала число и подчеркнула его несколько раз. Две сотни. Число, от которого все внутри переворачивалось. Именно столько людей находилось на косе Мадфорд-Спит в ночь пожара, и все крепко спали в кроватях или занимались своими делами, пока не подняли тревогу – во всяком случае, они так утверждали. Фиона откладывала эту непомерную задачу на потом, но когда-нибудь их все же придется опросить. На самом деле от мысли, что придется допрашивать двести владельцев домов на косе, у нее кружилась голова. Прежде всего из-за крайней сложности и колоссального количества времени и сил, которые потребуются на организацию, назначение встреч и потом обход всех этих людей. Многие жили в Лондоне и Бирмингеме. Задача могла растянуться на месяцы. Возможно, Фиона могла бы воспользоваться телефоном или зумом, но это не то же самое, что разговор лицом к лицу. Оценить реакцию людей, заметить их малейшие нервные движения через экран было сложнее, а уж по голосу и вовсе почти невозможно. Только лично, когда вы сидите друг напротив друга. Также Фиона боялась, что эта затея изначально обречена на провал. Пустая трата времени и сил. Полиция допросила каждого, и очень тщательно. И ничего не обнаружила: ни зацепок, ни улик, ни убийцы. Что даст их любительский допрос? Кажется маловероятным, что хоть что-то. Но, опять же, с момента убийства прошло больше месяца. Если б убийца был среди жителей, частью сообщества владельцев пляжных домов или, возможно, кучки заговорщиков под предводительством Фрэнка Маршалла – он мог уже расслабиться и не ждать удара. Жильцы могли утратить бдительность, нарушить свой обет молчания столько времени спустя. У кого-то может что-то случайно вырваться. Не важно, насколько задание сложное и как мала вероятность успеха, если есть хотя бы малейший шанс найти зацепку, тогда все усилия оправдаются. Но была и еще одна, более веская причина, из-за которой Фиона не хотела устраивать массовый допрос: камеры видеонаблюдения. В этом деле они стали великим уравнителем. Слоном в комнате, который растоптал все теории и всех появляющихся подозреваемых. Никто не подходил к дому Малкольма. Ладно, Энни Фоллет подходила, но уже после того, как начался пожар, и записи с камер подтверждают ее рассказ. На самом деле подозрения Фионы не имели никакого значения, как и мотивы и улики, которые она нашла, как и ее интуиция – все это перечеркивали записи видеонаблюдения. Любой потенциальный подозреваемый, окажись у нее такой, просто указал бы на камеры и сказал: «Если это сделал я, то почему не попал на камеру?» Как может осуществиться поджог без поджигателя? Оставался только один возможный вариант… Звякнул колокольчик, вырвав Фиону из размышлений. В дверном проеме стояла женщина, с нее потоками стекала вода. Перед собой она толкала детскую коляску в защитном пластиковом чехле, точно палатка на колесиках, а внутри безмятежно спал ребенок. Сама женщина в огромном дождевике с капюшоном, перчатках и резиновых сапогах почти сливалась с коляской. Хлюпая мокрыми сапогами, она прошла внутрь, закрыла за собой дверь, и у ее ног мгновенно образовалась лужа. — Надеюсь, вы не против, – застенчиво произнесла она. – Я пришла принять ваше предложение. Фиона попыталась скрыть замешательство, слегка смущенная тем, что не сумела узнать женщину. Затем она заметила ее очки: огромные, почти закрывающие все бледное лицо. Фиона узнала грустные, полные скорби глаза за очками. И вспомнила. Эта женщина хотела отдать на благотворительность вещи своего дедушки, но не могла решиться и отказаться от них навсегда. |