Книга Убийства и кексики, страница 149 – Питер Боланд

Фиона стояла, прижавшись к столу – бежать было некуда. Она позарез нуждалась во времени, чтобы Стюарт продолжал говорить.

— Я так и не поняла, как ты выбирал жертв. Что их связывало, кроме того, что они жили одни и были в возрасте? Мы не смогли вычислить закономерность.

Стюарт ухмыльнулся. Это хорошо. Он хотел повыпендриваться и позлорадствовать. Когда люди выпендриваются и злорадствуют, они не торопятся.

— Ладно. Расскажу вам маленький секрет. Связь есть, и сильная, но в то же время никакой связи нет.

Фиона была сбита с толку.

— Что? Я не понимаю.

— Я выбирал их, но в определенной мере это были просто случайные люди, чтобы все гадали.

— Все еще не понимаю, – нахмурилась Фиона.

— Давайте начнем с начала, – глаза Стюарта заблестели. – Я расскажу, откуда у меня появилась идея. Вы когда-нибудь играли в лотерею?

Фиона покачала головой:

— Никогда в жизни не играла в лотерею.

— А я играл. И пристрастился к ней. Считал, что могу выиграть, если буду выбирать случайные числа, и пойму, как это работает. Конечно, ничего не сработало, иначе б я сейчас не стоял перед вами с ножом. Но я узнал кое-что о человеческом характере. Люди неспособны на случайный выбор. Мы просто ничего не можем поделать с собой и везде видим закономерности. Это преимущество нашего вида. Однако попробуйте выбрать шесть или семь случайных номеров в лотерее, как бессознательно начнете подставлять дни рождения, номер дома или группировать какие-то числа вместе. Закономерности. Вот почему ввели лотерейный барабан: чтобы выдать случайные числа, нужен компьютер, потому что люди на это неспособны. Наш разум не справляется. Теперь запомните эту мысль и подумайте о том, что делает полиция, когда ищет серийного убийцу. Что они ищут?

— Ну, на самом деле все зависит от местности…

— Да, я знаю, – раздраженно перебил ее Стюарт. – Кроме этого?

— Закономерности. Они ищут закономерности и связи между жертвами, мотив.

— Именно. Они прямо из кожи вон лезут. Бегут, путаясь в собственных ногах, на поиски чего-то общего между жертвами. Но со случайным выбором им не справиться. Я всегда считал, что полицию легко направить по ложному пути – просто дать им тонны закономерностей с тем, чтобы они стали проверять все подряд и окончательно запутались. Остановить всю работу, просто подкинув им подсказки, которые не означают ровным счетом ничего. Немного теории хаоса. Чистый случай… ладно, не совсем. Тут самый продуманный момент: я выбирал наугад, но с закономерностью.

Фионе это ничем не помогло. Две идеи противоречили друг другу. Как можно найти закономерность в случайных убийствах?

— Я все еще не понимаю.

— Что вы заметили в их именах?

Фионе ничего не приходило в голову, а потом она вспомнила замечание Дэйзи о том, какие простые это имена. Незапоминающиеся, распространенные. Не Джемайма Глокеншпиль, как она тогда сказала.

— Они все довольно обычные.

— Именно.

Им стоило прислушаться к Дэйзи. Она с ее левополушарным мышлением попала в точку, а они только отмахнулись, как от ерунды.

Стюарт продолжил:

— Людей с такими именами множество. Значит, выбор большой и полиции очень сложно защитить их всех. Больше шансов, что тебя не поймают. Изначально я выбирал просто наугад, отключал телефонный провод, затем надевал один из жилетов отца со светоотражающими полосками и звонил к ним в дверь, говорил, что на телефонной линии проблемы. Они умоляли меня зайти, просто затаскивали внутрь, чтобы я починил все. Было так легко.