Книга Убийства и кексики, страница 79 – Питер Боланд

— Слушайте, – подал голос Корзинщик, так и лежа пластом на земле, – может, мы обсудим клейкие свойства этих печений в другой раз? Просто возьмите меня за руки и помогите сесть.

Три женщины послушно ухватили Тревора за запястья и с усилием потянули вверх. Когда его тело приняло положение под сорок пять градусов, Корзинщик вскрикнул от боли, но как только выпрямился, шумно выдохнул от облегчения.

Дэйзи не спешила его отпускать, поддерживая под локоть.

— Идти можете?

Корзинщик с трудом сделал пару неловких шажочков, каждый раз морщась.

— Что ж, сегодня вечером я домой ни на машине, ни пешком не попаду.

— А по ступенькам подняться сможете? – спросила Дэйзи.

— Будем надеяться, иначе мне придется спать на крыльце.

Фиона подхватила его под другой локоть, и вместе они помогли ему доковылять до порога и зайти внутрь. Неравнодушная Сью прошла вперед, убирая с дороги книги и другие препятствия. Они провели Тревора в гостиную и усадили на диван, но он тут же вскрикнул от боли.

— Так никуда не годится, сейчас явно не время для сгибаний. Мне придется лечь, – громко жалуясь и морщась, с их помощью Корзинщик все же сумел устроиться головой на одном подлокотнике, а три женщины уложили его ноги на втором. Сняв с него ботинки, они обнаружили два разных носка.

— У вас есть обезболивающие? – спросил он.

Сью кивнула и вернулась с небольшой коробочкой парацетамола, дизайном явно намекавшего на девяностые годы. Фиона с ужасом уставилась на древнюю упаковку:

— И сколько им лет?

— Они нормальные. Действуют еще долго после конца срока годности, просто не так сильно.

— Я бы не прикоснулась к цыпленку, кончайся срок годности у него сегодня, – задрала нос Дэйзи. – Нет смысла рисковать.

— Сейчас я приму что угодно, – вмешался Корзинщик, готовый на все, лишь бы облегчить боль.

Выдавив пару таблеток из растрескавшейся и поблекшей упаковки, Сью передала их Корзинщику вместе со стаканом воды.

— Спасибо.

— Почему бы нам всем не выпить по чашечке чая? – предложила Фиона.

— Превосходно. Было бы крайне уместно, – Корзинщик постепенно возвращался к своим полновесным диккенсовским речам. Хороший знак – ему становилось явно лучше.

— Хотите чего-нибудь перекусить? – предложила Сью. – Сыр с крекерами, может?

— Нет, спасибо. Никогда не понимал крекеры. Легкомысленная и замороченная еда. Не успеваешь откусить, как они крошатся. В чем тогда смысл?

— А разве печенья не такие же? – не поняла Дэйзи.

— Вроде того, – ответил Корзинщик. – Но держу пари, их структурная целостность гораздо выше. Для начала, их можно макнуть в чай или молоко. С крекером так не сделаешь.

— Перекусом могут быть и печенья, и крекеры, – заявила Неравнодушная Сью. – Они находятся на пересечении диаграммы Венна^[41] в выпечке.

Дебаты на тему «печенья против крекеров» грозили выйти из-под контроля, поэтому Фиона поспешила их остановить:

— Дамы, идемте на кухню, поставим чайник.

— Вы его ставить все втроем будете? – уточнил Корзинщик.

— Я останусь, – предложила Дэйзи.

Фиона пронзила ее красноречивым взглядом и кивнула в сторону двери.

— Хотя, знаете, лучше пойду с вами и помогу, – передумала Дэйзи.

Корзинщик только фыркнул, когда женщины встали и направились на кухню. Саймон Ле Бон спрыгнул и засеменил следом за ними, надеясь стащить еще что-нибудь вкусненькое. Фиона закрыла за ними дверь, а Сью поставила чайник.