Книга Вдыхая тень зверя, страница 249 – Евгения Якушина

Начальника комиссии по борьбе с религией втащили в гостиную и сгрузили на старый промятый диван.

Комната была неряшливой, но с претензией на шик и оригинальность: битые молью бархатные гардины на окнах, затоптанный и явно давно не чищенный полинялый персидский ковер на полу, криво развешанные по стенам портреты каких-то хмурых бородатых стариков в мантиях, соседствующие с вырезанными из газет фотографиями пролетарских вождей, и здоровенная, покрытая слоем вековой пыли армиллярная сфера на круглом исцарапанном столике. На нем же нашли себе место полная окурков пепельница, стакан с недопитым чаем и солидная пачка порнографических карточек. Воздух в гостиной был спертый. Обоняние резали запахи табачного перегара, кислого пива и дешевого мужского одеколона. Атмосфера была такой душной и противной, что высокий бандит, ворча что-то по-немецки, приоткрыл окно и примостился на подоконнике поближе к сквозняку.

Тот, кто отпирал дверь, встряхнул знатока пролетарской магии за грудки и влепил ему пару звонких пощечин. Против своей воли товарищ Аскольд вынырнул из благодатного покоя обморочной расслабленности и вновь оказался в пугающей реальности.

— Товарищи… — заикаясь и всхлипывая, заскулил он. — Товарищи… Я все отдам… Все!.. Только у меня ни-чего нет!.. Абсолютно!.. Не убивайте меня, товарищи!

— Да кому ты нужен?! — брезгливо скривился плотно сбитый тип и обратился к своему субтильному сообщнику: — Дмитрий Николаевич, ваш выход.

Тот, кого назвали Дмитрием Николаевичем, выдвинул себе стул и сел напротив перепуганного пленника.

— Вы не узнали меня, гражданин Аскольд? Моя фамилия Руднев. Мы познакомились с вами в ЧК. Вас пригласили туда как эксперта по магическим артефактам, чтобы вы помогли отыскать пропавший из госхранилища венец Фридрих Барбароссы.

Присмотревшись к собеседнику, товарищ Аскольд и впрямь узнал его, отчего сперва испытал невыразимое облегчение, но после вспомнил про тычок под дых и про то, как лихо один из пленившей его троицы владеет отмычками, и еще больше запаниковал.

— Да-да-да! Товарищ Руднев!.. Разумеется, я вас узнал! — зачастил сторонник рационалистических психопрактик. — Очень рад… И вашим товарищам… тоже рад… Но, простите… Чем, так сказать, могу?.. Я читал, что венец найден и передан германскому послу…

— Увы! — скорбно вздохнул Дмитрий Николаевич. — Это действительно произошло!

Начальник комиссии по борьбе с религией окончательно перестал что-либо понимать.

— Простите… товарищи… господа… граждане… — залепетал он. — Могли бы вы все-таки объяснить?..

— Конечно! — заверил Руднев. — Мы пришли к вам по поручению известного в определенных кругах коллекционера Баврина. Вы наверняка слышали о нем.

Товарищ Аскольд слышал, и потому спокойнее ему не стало.

— Он тоже про вас знает, — академик магических наук туго сглотнул, но его собеседник этого не заметил и продолжил: — Вас рекомендовал ему председатель комитета по международному сотрудничеству в сфере культурного обмена гражданин Киршнер.

Начальник комитета по борьбе с религией мысленно помянул покойного товарища недобрым словом и пожелал старому пройдохе гореть в аду.

— Баврину нужен тот, кто знает Канон венца Фридриха Барбароссы.

Внеся этим заявлением окончательную сумятицу в мысли товарища Аскольда, Дмитрий Николаевич выжидательно замолчал.