Книга Чудно узорочье твое, страница 102 – Татьяна Луковская

— Благословляю. Уходи, — не слушала ее Осьма. — Только послушай, ежели Владимир не выстоял, куда там тем Переяславлю и Торжку. В лес надобно, да погуще, чтоб конница проскочить не могла. Послушай старую. Не к полуночи, а к полудню заворачивай, град обойди против солнца и в леса.

— Замерзнем в лесу, морозы какие стоят, — покачала головой Зорька.

— Делай как велю, унука моя, — Осьма наклонила голову Зорьки и поцеловала неразумное чадо в макушку. — Беги.

И Зорька побежала.

Выехали темной ночью — три возка, один за другим. Лошади тянули нагруженные сани. В санях жито, сено, кое-какое добро, за последним возком брела испуганная корова, которую Зорька потянула с собой, а вот теленочка пришлось оставить, куда ему в такой мороз. И курочки, подарок Данилы, остались сидеть по своим насестам. Сердце обливалось кровью, а что делать.

— Постой, Заря моя, — задержал жену в последний момент Кирша, от него пахло хмельным, — ну, скажи мне, что люб, напоследок.

— Береги себя, любенький мой, — махнула ему жена рукой.

Нешто ей жаль такой малости.

Обоз тронулся. В черноте долгой зимней ночи не было видно, но Зорька знала, что Кирша стоит у ворот и смотрит вслед.

Двигались в плотном потоке — кто шел пешком, волоча салазки, кто ехал на санях, обгоняя пеших. Город пустел. При слабом свете первых лучей рассвета Зорька видела лишь однообразную изрезанную оврагами заснеженную степь Ополья.

Лошади устали и обоз остановился на привал. Челядин Петрила кинулся разводить костер.

— К лес надобно заворачивать, там отсидеться, — громко сказала Зорька, обращаясь к свекрови.

— Тебе надо, так иди, — неожиданно резко возразила та, — иди, никто не держит! Кому ты нужна.

Зорька растерялась, она ожидала протестов, споров, готовилась к ним, но что вот так ее сразу отрежут как ненужный ломоть, она оказалась не готова. Боялась, что Кирша лес не одобрит, потому дотянула, когда обоз отъедет подальше, но Осьме Зорька безоговорочно верила, да и князь Святослав сказывал, что лучше в лес бежать. За князя она и зацепилась:

— Сам князь сказывал, к лесу надобно.

— Так иди, коли тебе сам князь сказывал, нешто мы тебя держим, — усмехнулась свекровь.

— Владимир пал, Переяславлю тоже не устоять, — попыталась Зорька все же образумить упертую бабу. — Вы-то что молчите? — обратилась она к старшим невесткам.

— Я им велю с собой оставаться, — перебила ее свекровь. — И челядь с нами останется.

Что же делать? Зорька обещала Кирше защищать семью, но как быть, коли они не хотели спасаться?

— Ну, чего стоишь? Прочь пошла! — рявкнула свекровь.

И эти слова, словно приблудной собаке, решили все. Зорька взяла под уздцы лошадь, собираясь развернуть ее.

— Куда это? Скотина наша, не дам, — зашумела свекровь. — Петрила, отгони ее.

— Возок с моего приданого, а корова мне мужем дарена, — не собиралась сдаваться Зорька.

— Петрила, распрягай кобылу. А возок пусть забирает, кто ж не дает? — свекровь обернулась к невесткам и челяди, призывая и их посмеяться над приблудной, но все, окаменев, молчали.

Зорька впрягла бедную корову в возок и потянула вместо кобылы, но та уперлась, отчаянно замычав. Тогда хозяйка снова привязала ее к возку, впряглась сама и потащила сани через заснеженное поле.

— Мы с тобой! — неожиданно крикнула средняя невестка Неждана и, подхватив за руки двух дочек и подгоняя старшего восьмилетнего сына, кинулась догонять Зорьку.