Книга Гадалка и скептик, страница 57 – Алиса Калинина

— Яков Платоныч! Я… есть хочу!

' Так вот как теперь Это можно называть⁈Ну Анна Викторовна! Ну затейница!' — от души веселился Штольцев II.

Вид Якова являл такую смесь изумления, радости, неверия и счастья, что Анна невольно заулыбалась.

— Яков Платоныч! Вы не ослышались.

Мужчина восторженно принялся целовать любимую в губы, волосы, глаза, виски, потом шепнул:

— Ну сейчас Вы от голода не умираете? Подождете минут двадцать? Я мигом. Просто я не могу вот так.

С этими словами Яков вскочил с кровати, оделся и ринулся к выходу. «Штольцев, стой! Остановись, подлый трус!» — истеричный крик двойника сорвался на ультразвук.

Яков, окрыленный любовью, летел к ближайшему магазину за розами. Он должен сделать этот день насколько можно красивым. Пусть вокруг нее будут розы. Так, сейчас 9.30. Значит на 12.00 нужно заказать корзину с фруктами, красное вино и связку гелевых шаров. И еще корзиночку с орхидеями. Символом страсти, которой отныне будет наполнен каждый их с Анной день.

Разве мог он подумать когда-нибудь, что можно быть таким счастливым⁈

Уже приготовившись переходить дорогу, он услышал рядом с собой скрипучий голос:

— Юноша, помогите старушке перейти дорогу!

Господи, да он этого божьего одуванчика готов на руках через этот переход перенести! Развеселило слово «юноша». Он повернулся, чтобы взять ее под руку, как вдруг мощный разряд электрошокера с другого бока заставил его безвольно свалиться на чьи-то руки. Последняя мысль принадлежала Штольцеву II: «Ну ничего себе сходил за хлебушком!»

Его затолкали в остановившуюся тут же машину.

Помутненное сознание настойчиво пыталась разбудить острая боль в плече. Действительно, клин клином вышибают. Не понимая отчетливо, на каком он свете и что с ним, Яков сосредоточился на боли. Как из глубокого омута она тащила его к свету. Кое-что ему удалось в памяти восстановить. Но очнулся он явно не за этим. Голоса. В них что-то важное. Сознание выхватывало отдельные слова. Месмер. Лайково. Девка красивая. Месяц ее не тронут. Аукцион. Секта. Гипноз. Сыщика завтра. Усилием воли он дотянулся до кармана и достал телефон. Какое счастье, что он на ночь выключил звук, чтобы ничто не потревожило Анну. Сейчас это давало шанс неслышно отправить смс-ку Рогозину. На сколько хватит сил. «Анна. Секта. Лай…»-уходящее сознание давало буквально секунду на последнее действие — дописать слово или отправить. Яков выбрал «отправить» и снова провалился в темноту.

* * *

Анна вздохнув, опять приняла поступок любимого без возмущения. Если он что-то решил, значит так нужно. Своему мужчине нужно доверять безоговорочно. Своему взрослому, но такому по-детски восторженному любимому. Она оделась, продолжая тихо умиляться его порыву. Настойчивый звонок в дверь оторвал ее от милых размышлений. Кого принесло?

На пороге стояла бабулька и жестикулировала:

— Милочка, Вы мне всю квартиру залили!

Не успела Анна удивиться, как почувствовала удушающий запах и потеряла сознание.

Пришла в себя она в кресле в каком-то доме. Видно было, что он давно построен, но совершенно не доделан. Мебель случайная, и повсюду запах нежилого помещения.

— Ну вот, Анна Викторовна! Очнулись и славненько!

На нее, по-мефистофелевски улыбаясь, смотрел какой-то ужасный черный человек. Спутанные черные волосы чуть ли не до плеч, узкая полоска рта, непропорционально большой хищный нос и самое страшное — глаза. Черные и как будто утягивающие в какую-то бездну.