Книга Беглая целительница для дракона, страница 46 – Виктория Серебрянская

Последняя фраза прозвучала как явная угроза. Я посмотрела на Марту. Та выглядела как побитая собака. И я невольно пожалела девчонку.

— Иди в кладовую, Марта. Перебери оставшийся мох, — тихо распорядилась я. — Когда служанка скрылась за дверью, я повернулась к Тильде. — Он спрашивал что-то еще?

— Спросил, где рекомендательное письмо, — Тильда понизила голос. — Эта дуреха проболталась, что везла его в ридикюле. Но когда лорд-протектор потребовал его показать, не смогла даже объяснить, куда оно подевалось.

Внутри у меня все похолодело. Райкер знал про письмо.

Был крошечный шанс, что начальник крепости решит, будто Марта потеряла его во время бегства. А если нет? Если он по поведению Марты понял, что здесь дело нечисто? Я замерла, глядя на свои дрожащие руки. Пальцы все еще пахли антисептиком и горькими травами, и совсем не походили на руки знатной девицы. Это были рабочие руки врача из моего мира.

«Думай, Лена, соберись и думай», — жестко приказала себе.

У меня было три пути, и каждый из них вел по краю пропасти. Вопрос только, куда?

Первый — промолчать. Сделать вид, что я знать не знаю ни о каком письме. Списать все на бред перепуганной служанки. Но Райкер не просто человек, он — дракон. Есть неплохой шанс, что он чувствует ложь кожей, как я чувствую пульс под пальцами. И если это так, если он поймает меня на вранье сейчас, после того как я заслужила его доверие в лазарете, я превращусь для него во врага. А врагов в Кьельберге не держат. Их выставляют за ворота на мороз.

Второй возможный путь — бежать. Но этот вариант ниже всякой критики. Куда бежать? В метель, к пустотникам? Смешно. У меня нет ни лошади, ни карты, ни шанса выжить вне этих стен дольше часа.

Оставался третий путь — пойти ва-банк. Рискнуть и довериться, выложить карты на стол первой. Использовать письмо не как улику против себя, а как доказательство честности. Показать ему, что я доверяю ему свою жизнь. Это был огромный риск: я не знала, как Райкер относится к законам о помолвке и праву знатных домов. Но я знала одно: он ценит эффективность и преданность своей крепости. А я — его лучший шанс сохранить жизни солдат.

«Мужчины в этом мире поддерживают друг друга, — мелькнула горькая мысль. — Станет ли он ссориться с влиятельным маркизом из-за опозоренной, пусть и талантливой девицы?»

Я коснулась бумаги в кармане. Письмо было моим щитом и моей плахой одновременно. Если я промолчу, Райкер может допросить Марту снова. И тогда она, спасая свою шкурку, расскажет все: и про маркиза, и про позор, и про «шлюху». И про то, что я забрала рекомендательное письмо. И сплетни в крепости разлетятся быстрее лесного пожара. А вот если я расскажу все сама… я смогу правильно расставить акценты.

Вспомнился его взгляд в коридоре. Тот жар, который от него исходил. Райкер Грейвс не был похож на тех, кто слепо следует буквам закона, если этот закон мешает ему защищать Кьельберг. Шанс был. Пусть и небольшой.

— Госпожа Илена? — голос Тильды вырвал меня из оцепенения. Она смотрела на меня с тревогой, явно чувствуя мою внутреннюю бурю. — С вами все хорошо? Вы бледная совсем.

Я глубоко вдохнула, расправляя плечи. Как говорится, либо пан, либо пропал. Странная ледяная решимость наполнила меня до краев.

— Все в порядке, Тильда. Просто... нужно окончательно расставить все точки над «i», пока за меня это не сделал кто-то другой. Присмотри еще немного за раненными. Я скоро вернусь.