Книга Инкуб на сессию, страница 105 – Аника Ледес

В комнате повисла тишина.

Катрин смотрела на меня с новым, странным выражением. Альтаир молчал, и его лицо было непроницаемым.

— Катрин, — сказал Альтаир. Голос у него стал мягче. — Ты хочешь, чтобы я помог?

— Я хочу, чтобы ты сделал то, что считаешь правильным, — сказала она. — А не то, что велит система.

Альтаир смотрел на неё. Долго, внимательно. Потом перевёл взгляд на меня.

— Матье, — сказал он. — У меня есть план. Но он опасный.

— Я согласна.

— Вы даже не спросили, какой.

— Мне всё равно, — упрямо ответила я. — Лишь бы он остался жив и при памяти. И ещё я бы не хотела, чтобы вы пострадали. Если вдруг что-то пойдёт не так, сбрасывайте всю вину на меня. Хорошо?

Альтаир усмехнулся — впервые за всё время нашего знакомства.

— Мы же не в детском саду, Матье. — Он покачал головой. — Здесь так не работает. Если дело провалится, виноваты будем все. Гильдия не разбирается, кто главный зачинщик. Она наказывает всех участников.

— Тогда зачем вы вообще рискуете? — спросила я тихо.

Альтаир посмотрел на меня долгим взглядом.

— Риэль безнадёжен, — сказал Альтаир. — Абсолютно, клинически безнадёжен. Он проваливал экзамены, заваливал практику, доводил до слёз преподавателей. Я потратил на него столько времени, сколько не тратил ни на одного студента за всю свою карьеру.

— И?

— И он всё равно выжил, — сказал Альтаир. — Вопреки всему. Вопреки системе, вопреки правилам, вопреки собственной никчёмности. Он просто... оставался собой. Неуклюжим, трусливым, бестолковым. Но настоящим. — Альтаир посмотрел мне в глаза. — И, кажется, он нашёл кого-то, кто это оценил.

Я смотрела на него и чувствовала, как к глазам снова подступают слёзы. Но на этот раз другие — не от отчаяния, а от странного, тёплого чувства.

— Ладно. Вернёмся к делу. План такой...

Из кухни вышла Катрин с подносом. На подносе стояли три чашки с дымящимся чаем, вазочка с печеньем и, кажется, бутерброды.

— Сначала чай, — сказала она тоном, не терпящим возражений. — Потом планы. Морис, ты же знаешь, я не выношу, когда говорят о важном на пустой желудок.

— Катрин, у нас нет времени...

— Чай пьют десять минут, — отрезала она, ставя поднос на журнальный столик. — За десять минут ничего не случится.

Я только сейчас поняла, что действительно зверски хочу есть. И пить. И спать. И вообще, кажется, последний раз я нормально ела... когда? Вчера утром?

— Садись, — Катрин кивнула мне на диван. — Пей. Ешь. Потом будете спасать Риэля.

Я послушно взяла чашку и бутерброд. Альтаир вздохнул, но тоже взял чай.

Я смотрела на них двоих и чувствовала, как внутри разливается тепло. Домашнее, уютное, какое бывает, когда попадаешь в семью, где все друг друга любят, несмотря на ворчание.

— Спасибо, — сказала я, прожевав бутерброд. — Правда. Спасибо, что пустили, спасибо, что слушаете, спасибо за чай...

— Ешь давай, — перебила Катрин. — Благодарить будешь, когда всё закончится.

Я кивнула и сосредоточилась на еде. Альтаир молча пил чай, поглядывая на часы. Катрин сидела в кресле с видом генерала.

Через десять минут, когда последний бутерброд был съеден, а чай допит, Альтаир отставил чашку и посмотрел на меня.

— Итак, Матье. Слушайте внимательно. Повторять не буду.

Следующий час я слушала. Альтаир говорил спокойно, чётко, раскладывая по полочкам все риски, все возможные варианты развития событий, все пути отступления. Катрин иногда вставляла комментарии — то уточняющие, то подбадривающие. Я кивала, запоминала, пыталась не утонуть в деталях.