Книга Танец под звуки эха руин, страница 42 – Аника Ледес

— Сын, ты же долго находился в подземелье в первый спуск, еще и без стражи пошел. Не страшно было тебе? За тобой ведь ни один рейнджер не спустился даже спустя полчаса. И как же ты в первый раз не заметил труп советника, если его принесли прямо после твоего прихода? У меня множество вопросов к тебе. Они будут литься, пока добровольно не сознаешься в своих проступках.

Под тяжелым взглядом отца мне стало понятно, что он меня вовсе не подозревал, а был уверен в моей виновности, и все же признавать вину было равносильно самоубийству.

— Хорошо, я знал, где находятся разбойники, но лишь из-за того, что поддерживал общение с матерью. К убийству брата я непричастен.

— Кто же тогда причастен?

— Я не могу сказать точно, но виновны не мама и Кинтана.

— С чего же такая уверенность? Тебя там не было.

— Кинтана была привязана, а мама не может стрелять из лука из-за того, что была лишена пальцев на правой руке. Вы же знаете об этом, отец.

Король не нашелся с ответом, словно позабыл о том дне, когда приказал лишить свою супругу пальцев и сослать к границе царства некромантов, где она должна была погибнуть.

— Раз ты непричастен к убийству, ответят за него они. Должен ведь я хоть на ком-то отыграться, не правда ли? — Посмеялся отец, но от этого смеха меня бросило в дрожь. Его прогрессирующая жестокость не давала мне покоя. Он становился с каждым днем все более пугающим.

— Отец, они не виноваты. Отпустите их. Я найду убийц и лично приведу к Вам.

— Найдешь и приведешь, конечно. Но и эти двое лишатся жизни. Сейчас мы с тобой прогуляемся.

Почему-то я предположил, что мы отправимся в пыточную камеру. К сожалению, моя догадка оказалась верна. Мама и Кинтана были подвешены за запястья, но продолжали сохранять гордый вид. Ноги обеих покрывали ужасные ожоги с воспаленными волдырями. Тела и лица были усыпаны синяками и глубокими порезами. У мамы заплыл левый глаз, а у Кинтаны оказалась рассечена губа.

Я мог обрубить ветви, но вокруг было с десяток отличных рейнджеров, еще и вооруженный король. Я же был один, а у женщин изъяли оружие. Но если уж бежать, то лучшего момента нельзя было найти. Едва отец отстранился выбирать орудие пыток, я наложил заклятие на меч и в прыжке перерубил ветви. На меня тут же направились десять пар мечей. Рейнджеры ждали команды отца, который незамедлительно получили. Женщины среагировали сразу же, бросившись к выходу на подкашивающихся ногах. Бросив один меч Кинтане, а вторым сдерживая натиск рейнджеров, я пытался выиграть время, отбиваясь от ловких и частых ударов. По подземелью раздавался лязг металла о металл, вызывавшим за собой яркие вспышки. Я не хотел убивать ни одного из этих эльфов, лишь ранив пару из них. По ним тоже было заметно, что бились они без особого энтузиазма, но ослушаться приказа короля не смели, и все же слегка поранили мне левое плечо. Конечно, если бы я решил сразиться с ними в полную силу, я не получил бы раны и смог бы убить их, но все же они были преданными своему делу и царству эльфами и не заслуживали такой смерти. Однако и они могли прикончить меня на месте, поскольку я один против десятерых.

Призвав ветви, я наскоро перекрыл проход и бросился в тайный ход. Рейнджеров я смог задержать совсем ненадолго, но они заметно отстали, а потом и вовсе заблудились в разветвляющихся проходах.