Книга Хрупкое счастье понедельника, страница 176 – Дэни Аткинс

В голове прозвучал озабоченный голос Тодда.

— Ты уверен, что готов к этому? – спросил брат, глядя на отпечатанное серебристыми буквами приглашение, пришедшее Алексу.

— Рано или поздно я рассчитываю снова войти в церковь, – ответил Алекс.

— Вообще-то, я имею в виду, готов ли ты увидеть, как Молли выходит замуж за другого. Я ведь знаю, что у тебя… были к ней чувства.

— Это было не совсем так, – покачал головой Алекс. – Теперь я это понимаю. Просто ненадолго растерялся. Но сердце Молли само нашло дорогу. Они с Маком – отличная пара.

На лице брата так и было написано: «Я же говорил».

— Ну, слава богу, ты наконец-то опомнился и забросил всякую потустороннюю чушь.

Алекс кивнул, понимая, что только так сможет успокоить Тодда. Но на самом деле Алекс думал иначе. Во всяком случае, со дня бури.

Теперь тот день стал реже ему сниться. Но он все равно оставался где-то в самом темном, страшном уголке памяти. В те ночи, когда он возвращался, Алекс резко просыпался, путаясь ногами в простынях. В кошмарах он всегда бежал, но немного не успевал добраться до конца причала. Он вечно не успевал оказаться рядом с Коннором. Не нужно было быть психоаналитиком, чтобы истолковать значение этих снов.

— Ой! Барбара! – воскликнул Коннор, возвращая Алекса к действительности.

Сын встал на скамью и замахал руками, словно показывая самолету место для посадки. Такое, не вполне уместное в церкви, поведение было вполне объяснимым для семилетнего мальчика. Однако Алекс вознес про себя благодарственную молитву, оценив преимущество места, которое они выбрали.

Барбара заняла скамью поближе к алтарю, и даже издали ее костюм цвета фуксии выделялся ярким пятном в полумраке церкви. По такому случаю она приоделась, и ее шляпка, украшенная перьями и цветами, неплохо смотрелась бы где-нибудь на скачках в Аскоте, хотя и могла бы вполне буквально вырвать глаз кому-нибудь из соседей. Алекс не мог разобрать, кто сидит рядом с ней, но тут Барбара похлопала соседа по руке и показала в сторону Алекса и Коннора.

У Алекса от удивления отвисла челюсть, когда он узнал своего соседа. Гордон Графтон приветствовал его по-военному, и, как ни нелепо это выглядело, Алекс ответил тем же, хотя у него это получилось скорее по-бойскаутски. «Кто бы мог подумать», – с улыбкой произнес он про себя.

Церковь начала наполняться людьми, и через головы незнакомцев Алекс увидел еще одно знакомое лицо, хотя, надо сказать, в строгом костюме и при галстуке Джейми был почти неузнаваем. Он помахал рукой Коннору и Алексу и принялся устанавливать штатив для цифровой камеры – судя по виду, профессиональной и недешевой. Неужели в его трудовой биографии была и профессия свадебного фотографа? После произошедшего на причале Алекс решил, что больше не будет сомневаться в его словах.

Продолжая скользить взглядом по рядам гостей, Алекс растерялся, когда Коннор вдруг радостно воскликнул:

— Гляди! Мама!

К собственному смущению, Алекс сначала посмотрел в сторону входа и лишь потом понял, что Коннор смотрит на оборот свадебной программы. Ничего не понимая и чувствуя себя очень глупо, он взял брошюрку из рук Коннора. На последней странице были две черно-белые фотографии. На одной был изображен пожилой мужчина, которого Алекс не знал, а на втором снимке Ди запечатлела Лизу в последнее их совместное семейное Рождество. Вверху страницы витиеватым шрифтом было написано: «Любимые, которые не смогли сегодня быть с нами». Под первой фотографией была подпись: «Генри – отец невесты». Надпись под второй гласила: «Лиза – подруга, благодаря которой мы вместе».