Книга Хрупкое счастье понедельника, страница 78 – Дэни Аткинс

— Семнадцатое мая 1965 года. Самый счастливый день в моей жизни, – произнесла Барбара, входя в комнату с целой тарелкой печенья, и Алекс понял, что угостится им, хоть и ничуть не голоден.

Она присоединилась к нему возле камина, чудом удержавшись на ногах, когда одна из кошек с целеустремленностью наемного убийцы прошмыгнула у нее между ног.

— Всегда думала, что мы никогда не расстанемся, – печально проронила она. – Я не была готова коротать старость одна.

В ее акварельно-голубых глазах выступили слезы, которые она смахнула резким движением руки.

— Господи, сама себя не узнаю, – сказала она, рассеянно наклонилась и почесала затылок белой кошке, тершейся о ее ногу. – И, конечно, я не одна. Не совсем одна.

Ее слова вызвали в душе Алекса такой отклик, что вдруг заслезились глаза. Похоже, у него все же есть аллергия на кошек.

— Сколько их у вас? В смысле, кошек?

— Пока всего шесть, – ответила Барбара, бросив взгляд на большой ящик в углу комнаты, которого Алекс до сих пор даже и не замечал. Внутри сидела очень толстая рыжая кошка.

— Она что, особенно хулиганистая? Поэтому заперта? – пошутил он.

— Нет, это Мег, наша королева. Она должна вот-вот родить.

На этой тревожной ноте Барбара снова вышла из комнаты, чтобы принести чай. Алекс смотрел на клетку с кошкой, и почувствовал на верхней губе капельку пота. В комнате было невероятно жарко, но, наверное, дело в том, что она вот-вот должна была стать родильной палатой. Рыжая кошка беспокойно расхаживала, щелкая когтями по газете, постеленной на дно ящика, словно метроном, кружа по клетке, чтобы выбрать место для рождения котят.

Алекс сел подальше от клетки. Он никогда особо не любил домашних животных, но Лиза довольно давно втихую агитировала его купить собаку.

— Думаю, так будет лучше для Коннора, – говорила она, и Алекс уже начал колебаться.

Но потом… В общем, обстоятельства изменились, и щенок теперь стоял на последнем месте в списке приоритетов.

— Надеюсь, простой черный чай вас устроит? Я так и не освоилась со всякими новомодными.

Алекс настолько погрузился в свои мысли, что даже не услышал, как вошла Барбара, и понадобилась пара секунд, чтобы вернуться в настоящее. Он вскочил, подхватив поднос из ее дрожавших от тяжести рук.

— Мы только такой и покупаем, – ответил он и сообразил, что опять прокололся на местоимении.

Заметила ли Барбара?

На подносе стоял большой чайник на семью и такие же кофейник и сахарница с миниатюрными серебряными щипчиками. Алекс был тронут тем, какие усилия она затратила. Интересно, часто ли этот сервиз покидает свое место в шкафу? Наверное, нет.

— Итак, Алекс, – спросила Барбара, передавая ему чашечку из тонкого, почти прозрачного фарфора. – О чем вы хотели меня попросить?

Сорок пять минут спустя слегка расстроенный Алекс отъехал от аккуратного викторианского дома Барбары. Свою задачу он выполнил – она согласилась присутствовать на вечеринке у Тодда. Тогда почему на языке оставался горький привкус, который не смогла бы стереть и целая тарелка печенья?

«Потому что ты потратил свой довольно значительный дар убеждения, чтобы убедить милую пожилую даму провести еще один вечер в компании незнакомых людей», – тихо укорил его голос Лизы. Странно было ощущать, как голос его совести в последние полгода постепенно становится все больше похожим на голос его покойной жены.