Книга Драйвовый рок, страница 70 – Дарья Юрьевна Савельева

— Дмитрий, – коротко отвечает мерзавец и смотрит на меня так, словно хочет услышать мои возражения. Но я, как дура, молчу и даже не смотрю в его сторону.

Опять это ощущение, чувствую себя в какой-то ловушке. Предатель стоит рядом, а я даже не могу сказать ему, чтобы он отвалил и вообще не разговаривал с нами. Как у него еще наглости хватает? Мы больше не вместе, почему он не может просто оставить меня в покое? Раз за разом возникает в моей жизни, будто не дает шанса вычеркнуть его из памяти. Не хочет, чтобы я забыла, что такое страх, что такое унижение. Не хочет, чтобы я думала, что отношения между влюбленными могут быть другими, лучше, а не то жалкое подобие, как у нас. Он все еще пытается убедить меня в том, что у него есть контроль надо мной. И самое поганое, похоже, у него это получается.

Дима кладет руку на мою талию и подтягивает меня поближе. Цепенею от ужаса. Как всегда. Только не это. Только не сейчас.

— Я смотрю, вы с моей дочерью… дружите? – уставившись на Димины пальцы, обхватившие меня, интересуется папа. В его голосе слышатся нотки раздражения.

Дима оборачивается ко мне, но я на него не смотрю.

— Да, можно и так сказать, – произносит он и на мгновение закусывает нижнюю губу, будто вспоминает что-то приятное. Затем улыбается мило и обворожительно. Подхалим. – Я так рад с вами познакомиться.

Папа натужно выдавливает: «И я». Но он, кажется, не понимает, что я была бы рада, если бы Дима ушел.

Песня заканчивается, и наступает оглушающая тишина. Все, кажется, ждут, что заиграет танцевальная музыка или же группа начнет новую композицию, но ничего не происходит.

Я оборачиваюсь к сцене и вижу, с каким гневом смотрят на меня синие глаза.

* * *

Кир

— Эй, Кир, чего замер? – шепчет мне Дэн.

Но я не отвечаю. Артём подает знак диджею, и тот спешит заполнить заминку очередным клубным треком.

Я скидываю лямку гитары и злобно бросаю инструмент у колонки. Хочу уйти отсюда.

На сцену забирается Аня и, сама того не ведая, останавливает меня. Она выглядит такой счастливой. Вцепившись руками в шею Дениса, все еще сидящего за барабанами, она трясет его и обращается к нам троим:

— Блин, так круто! Вы сыграли мою любимую песню! Я вас так люблю, ребята!

Теперь я никуда не спешу, у меня созрел идиотский план. Подхожу к Ане и обнимаю ее. Надеюсь, она меня простит, потому что эти объятия не дружеские. Уткнувшись носом в ее ключицу, я смыкаю руки на Аниной спине, спускаясь все ниже, почти дотрагиваясь до ее ягодиц.

— Я очень рад, что тебе понравилось, – сладко проговариваю и смотрю на нее в упор.

Она отшатывается. Вижу панику в ее глазах. Боже, Аня, прости меня.

— Все нормально? – шепчет Аня, гладя меня по голове, словно я перегрелся. Она озадаченно рассматривает меня.

Я продолжаю вести себя как последний кретин. Прикрываю глаза, притворно наслаждаясь ее ласками и самим моментом. Осторожно смотрю в зал и нахожу Лизу. На ее лице отчетливо читается раздражение, а может быть, даже боль. Это все, что мне нужно. Я победно улыбаюсь.

— Ну, я пойду в зал, – мямлит Аня и с откровенной неловкостью убирает мои руки со своей спины. – Там меня Кира и Максим ждут…

— Увидимся, – ухмыляюсь я и подмигиваю Ане. Она отшатывается. Боже, какой ужас.

— Ладно… – тихо говорит она и быстро уходит со сцены. Меня словно подменили. От прежней игривости не остается и следа. Развернувшись к сцене, я еще раз смотрю на Лизу – она по-прежнему стоит рядом со своим парнем. Сейчас стошнит.