Книга "Лучший" папа, страница 52 – Виктория Вишневская

Мой лифчик.

Лифчик!

Страх мгновенно разливается по животу ледяной волной.

Мои двойняшки на виду! И прикрыть их не могу, иначе вылечу с таблетки!

Сейчас все увидят!

— Не понял, — раздается за спиной. А я готова выпрыгнуть с горки прямо в бассейн и расшибиться головой.

— Помогите-е, — кричу ему, прекрасно зная, что ничего он не сделает. Максимум — поугарает над ситуацией.

Внезапно на груди появляются сильные мужские ладони. Стискивают мою грудь, вжимаясь пальцами в мягкость.

Накрывают собой, как щит. Не грубо — уверенно.

И его руки рефлекторно сжимаются, именно в тот момент, когда мы вылетаем из трубы в свет.

Твою мать, закончите это уже!

— Тише, — его голос почти у самого уха, глушится шумом воды. — Держись крепче за ручки!

Да держусь!

Хочется завизжать — так, чтобы весь аквапарк оглох.

На секунду представляю, как его задница отскакивает от «таблетки», и он летит, держась только за меня. Великолепно. Просто супер.

Проклятый аквапарк.

Проклятый купальник.

Я этому бренду такой скандал устрою!

Всё длится секунды. Труба в очередной раз выплёвывает нас в яркий свет, и мы плюхаемся в бассейн финиша.

Вода захлопывает меня с головой. Я выныриваю, закашливаюсь, цепляюсь за мужчину.

Он не отпускает — ладонями прижимает край купальника, а я лихорадочно натягиваю всё, что можно натянуть, пальцы дрожат, вода стекает по лицу, в носу щиплет хлоркой.

— Не смотри! — сиплю и командую сразу себе и миру. Сердце бьётся где-то в горле, барабанит.

— Да как я на тебя гляну? — спокойно отвечает, продолжая меня прикрывать. В его голосе ни тени насмешки — одна деловитая собранность. И мне, почему-то, от этого легче дышать. — Я тебе в спину дышу.

Ага, боров ты высокий все увидишь.

— Всё, — наконец выдыхаю, чувствую, как узелки снова на месте. Осторожно убираю его руки. Пальцы всё ещё мелко трясёт — то ли адреналин, то ли… да какая разница. — Спасибо.

Можно мне утонуть? Этот позор невозможно пережить!

— Ну, мне даже понравилось помогать, — усмехается он, уголок губ еле заметно дёргается.

Конечно. Полапал мою грудь на халяву. Индюк.

— Да ну вас, — выпаливаю недовольно и смущённо, и, не оглядываясь, плыву к бортику. Плыву быстро, вылезаю тоже быстро, на всякий случай ещё раз поправляю трусы. Бегу к шезлонгу, хватаю телефон и, кипя, строчу гневный отзыв этому потрясающе «надёжному» купальнику.

— Решила разнос им устроить? — опять окликает Ренат, подплывая к бортику. Вылезает чуть-чуть из воды, упираясь руками. Капли стекают по плечам. И опять гляжу на эти руки, что обожгли мою кожу. Двойняшки, хорош гореть! — Подпиши, что хоть ты и недовольна, но данная оплошность порадовала твоего босса.

Козёл. Ну козёл!

Я закидываю ногу на ногу, и на минутку откладываю телефон.

— Вам что, понравилась моя грудь?

— Неплохая, — самодовольно объявляет. — Она у тебя больше, чем кажется.

Вот и зачем я вообще это затеяла? Чтобы прожечь этот шезлонг от внезапного жара?

— Вы там случайно не возбудились? — улыбаюсь победно, вспоминая, как он обо мне отзывался.

— Я? — приподнимает бровь. — Не в жизнь.

— Тогда вылезайте из бассейна.

— Нет, — категорично.

— Почему?

— Вода хорошая.

— Выходите! — резко встаю, руки в бока. Сейчас он вылезет, и я увижу, как я ему «не нравлюсь». А он — бац! — отталкивается и уплывает на середину бассейна.