Книга За секунду до любви, страница 57 – Вирсавия Вайс

— Отпусти! — Взвыла зараза, пытаясь укусить меня, царапая спину через футболку. — Сволочь!

— Цаца, ещё раз дёрнешься, трахну пальцами, всё поняла.

Для большей убедительности коснулся подушечкой пальца розовой плоти. Мокрая, аж течёт вся. Твою мать, просто крышу срывает, как представлю, какое у неё там всё аккуратненькое. Судя по её пугливости, мужиков там считай и не было. Может, один-два.

— Так что имей в виду: первое же твоё движение, и я буду считать это разрешением.

Оппа! Девчонка замерла в секунду. Только бубнёж из-за спины нёсся, и такой себе. Не совсем ласковый.

— Только попробуй тронь, убью… Даже на минутку не задумаюсь, размажу твои безмозглые мозги по стенке… Ооо, ненавижу… Чтоб тебе пусто было! Конченный козлище… Товааарищ капитан… Е*лан ты. А не капитан… — ну всё, достала.

Пятерня со звонким шлепком опустилась на ягодицы. Оглушающий визг заложил уши, заставив поморщиться. Зубы аж свело, как от зубной боли. На хер! В пару шагов занёс её в комнату. Отрывая от зеркала вусмерть прилипший к нему взгляд и швырнул мелкую змеюку на огромную кровать.

И тут, ну, бля-я-я, так сложились обстоятельства, полотенце, соскользнув с ещё влажного после душа тела, махровой кучкой упало на пол, оставляя малявку в чём мать родила.

Её перепуганные глаза и руки, мечущиеся по телу, стараясь прикрыть то грудь с возбуждёнными сосками, то промежность.

— Не подходи! — чумовые зелёные глаза стали совсем огромными, зрачки расширились, заливая радужку чернотой, над верхней губой выступила испарина, грудь вздымалась от резкого рваного дыхания.

Она отползла в угол кровати и села, прижимая к себе колени, обхватывая себя руками, закрывая грудь, но при этом полностью упуская один очень существенный момент. Если я вот так наклонял голову, мой крышеснос продолжался с той же скоростью, как только что около зеркала.

И связь с командным центром потеряна безвозвратно, и хер теперь кто спасёт. Рука легла на пряжку ремня, отщёлкивая карабин. Этот металлический лязг прозвучал, как выстрел в полной тишине, нарушаемой только нашим жёстким дыханием. Она медленно подняла на меня глаза и прошептала, задыхаясь, всхлипывая только одно слово:

— Нет…

— По х*й. — ухмыльнулся я, вырывая ремень из шлейки, наматывая его на руку, расстёгивая молнию.

Господи, он меня сейчас точно растерзает. И изнасилует, и, судя по всему, даже не один раз. И я понимала, что спастись — без вариантов. Их не было ни одного, ни единого. Расширенными от ужаса глазами я смотрела на то, как медленно мужчина наматывал на кулак ремень. Господи, что он собирается с ним делать? Он что, меня реально бить будет?

Меня всю колотило от ужаса. Я вжалась в угол кровати и нервно облизывала губы.

— Ну что, сучка, ты готова ублажать всю ночь маленького Дана? — процедил он, скалясь, как дикий зверь, расстёгивая джинсы и стягивая их на бёдра. О-хе-реть!

Что он там сказал про маленького? То, что сейчас стояло торчком, упруго выпрыгнув из штанов, мерно покачиваясь перед моими глазами, можно было назвать каким угодно, только не маленьким! Не маленьким! Он был огромен! Я нервно сглотнула, почувствовав, как в горле запершило.

— Иди сюда! — резкое движение рукой, и я уже стою на четвереньках, впечатываясь лицом в его пах, чувствуя прямо под щекой горячую пульсацию. — Посмотри на меня. — Его рука наматывает на кулак мои волосы и дёргает вниз, отчего голова резко запрокидывается назад. — Как насчёт игр погрубее?