Книга Рождественское чудо для миллиардера, страница 45 – Анна Россиус

— Мы поедем с тобой и убережём тебя от самосуда. Мне кузена вашего совсем не жалко, но я не хочу потом много лет навещать тебя в тюрьме.

Пока спускаемся на парковку, продолжаем спорить. Рассаживаемся по машинам и едем к дому Теплова. Может, и правильно, что с нами будет женщина. Если дело касается Милы и нашей дочки, я могу легко съехать с катушек и позволить себе лишнего.

— Соня, тебе лучше подождать нас в машине, — прошу без особой надежды, что послушается.

Мы с Марком паркуемся у дома Олежека с разницей в несколько секунд.

— И не надейтесь, — бурчит девушка, ныряя в подъезд.

Так и думал.

— Он по-хорошему нам Нику не отдаст. А по-плохому с ним нельзя, ты понимаешь? Закон на его стороне, — снова напоминает Марк.

— После того, что он сделал, ты считаешь, нужно с ним по закону?

— Стоп! С какой стати ты собираешься у него Нику забрать?! Зачем тебе чужой ребёнок, я не пойму? — удивляется Соня.

Переглядываемся с Марком. Она же ничего не знает. Думает, что я по собственной прихоти отбил жену у двоюродного брата. Хм.

— Она мне не чужая… — только и успеваю ответить.

Дверь лифта отъезжает. Мы пересекаем общий холл и проходим в квартиру, где нас встречает хозяин.

Я не знаю, чего ждать. Успела Мила сообщить ему о разводе? О том, что уходит именно ко мне?

Узнав ночью, что Милена получила травму, я сразу представил, как она рассказывает мужу о нас, а тот её за это бьёт.

Теплов хмурый, отёкший, со следами вчерашних возлияний на лице. Так он ещё и бухой был, сволочь!

Он кивает Софье и пожимает руку Марку. Свою я ему не протягиваю, не могу себя пересилить.

Мы сканируем друг друга взглядами. Я пытаюсь понять, что ему известно, а что нет.

— Проходите в гостиную.

— Где малышка? — интересуется Соня.

— Наверху с няней.

— Можно мне к ней?

Олег недоумённо вскидывает брови:

— Она спит, Сонь. Зачем тебе?

Не вижу никакой причины соблюдать приличия.

— Олег, что здесь произошло?

— Мила поскользнулась, упала и ударилась виском. Очень неудачно, прямо на угол тумбы.

Неудачно. С ума сойти можно.

— Вы ссорились? — встревает Марк.

— Нет. Что за допрос?! — Кузен окидывает нас по очереди недобрым взглядом.

— Она очнётся и расскажет, как было дело, — заверяю его.

— Будем надеяться, — лицемерно соглашается кузен.

Ясно. Даже если она успела сказать, что уходит ко мне, он не признается. Потому что это готовый мотив.

— Послушай, Олег, — встаю и отхожу к окну. — Ты рано или поздно об этом всё равно узнаешь. Я — отец Ники.

Теплов тоже вскакивает.

— Ты рехнулся? Когда мы планировали ребёнка, ты много месяцев как за границей был!

— Вы обратились в клинику. В каталоге был мой образец, ты сам его выбрал.

Кузен ошарашенно смотрит на меня, не понимая, верить или нет. Его глаза метают молнии.

— Это легко доказала генетическая экспертиза, — добавляю, следя за его реакцией.

Мне нужно, чтобы он сорвался и сболтнул то, в чём не признался ночью полиции. Хоть что-нибудь!

Но он, сука, держится.

— Убирайся отсюда. Вон пошли все.

Он мне поверил, по глазам вижу. А ещё чувствую море скрытой агрессии, даже ненависти. Значит, о нас с Милой ему тоже известно.

— Я не оставлю с тобой дочь.

— А что ты сделаешь? — Он усмехается. — Она моя.

Делаю шаг к лестнице наверх.

Кузен бросается ко мне и с силой бьёт в бок.