Книга Папа быстрого реагирования, страница 96 – Ника Оболенская, Мария Птахова

— Дата последней менструации?

Пока она забивает данные в программу, прикусываю нижнюю губу. Сердце стучит так оглушительно, что наверняка слышно и Хаджаевой.

— Та-а-ак, ну что тут у нас, мой птенчик?..

Замираю, следя за сменой эмоций на миловидном лице заведующей отделением гинекологии.

— Эндометрий хороший, умничка, — воркует она себе под нос, всматриваясь в монитор. — В правом яичнике лоцируется желтое тело… Да ты ж мое хорошее. Хмм.

От этого «хмм» у меня внутри всё обмирает.

Хочется крикнуть: «Ну что там?»

Убрав датчик и протянув мне салфетки, Хаджаева качает головой:

— Прости, котеночек, но плодного яйца пока в матке не вижу.

Неожиданно для себя я громко всхлипываю.

— Степа! — Эмилия ласково касается моего плеча. — Рыбонька, подожди расстраиваться! Придешь ко мне через неделю, там и поищем.

— П-правда? — лепечу я.

— Конечно. Если у нас там кто-то есть, — она с улыбкой кивает на мой пока еще совершенно плоский живот. — То на таком маленьком сроке твоя пи-пи-питюнечка не покажется, как бы я ее или его не просила об обратном.

— Пи-пи-питюнечка? Господи, как это ми-ми-мило.

Я растроганно шмыгаю носом, пока Хаджаева выписывает мне заключение.

— Вот, держи. Сдай кровь на ХГЧ, и лучше в динамике.

Судорожно киваю, приводя себя в порядок. В мыслях какая-то каша и сумбур. И при этом щемящее чувство надежды.

Я могу быть беременна! От Тимура! И у нас может быть крошечный тренерченыш-беркутеныш.

Мне так нравится эта мысль, что я снова всхлипываю.

Эмилия мягко обнимает меня.

— Всё будет хорошо.

Они подмигивает и кивком указывает на статуэтку члена у себя на столе:

— Фаська уже кинул в тебя семечко (здесь имеется в виду Фасцин, воплощение божественного фаллоса, рим. — прим. автора).

Хихикаю.

— А пока можешь побаловаться дома тестами. Уверена, в ближайшие пару-тройку дней они заполосят.

— Спасибо, — я так растрогана, что не могу разжать объятий. — Спасибо большое!

Шум в коридоре прерывает поток моих благодарностей.

— Что там такое?.. — Эмилия первой выглядывает в коридор. Ее голос взлетает вверх: — Голову, голову держите!

Выбегаю следом, чтобы увидеть, как на носилки укладывают молодую девушку с изуродованной левой щекой, а в сторону выхода уводят какого-то громко возмущающегося мужчину. Девушка без сознания.

Лидия Михайловна тоже здесь.

— Что случилось? Помощь нужна?

Леди Смерть, из-за плеча поглядев на скандалиста, обращается ко мне:

— В палату, быстро.

Я впервые вижу ее в таком состоянии: нервозной и дерганой.

— Что происходит? — решаюсь спросить шепотом, когда подходим к лифтам.

— Что-что… — вздыхает, глядя при этом на девушку. — Покойничек вот у меня ожил.

Тимур

— Первая группа, вперед! — раздается в гарнитуре, и мы мгновенно начинаем действовать.

Всё привычно до зубовного скрежета, но, один хер, — не так.

Вместо спокойствия по телу разлита широким нефтяным пятном тревога. Она обволакивает каждый нерв, не давая ни на секунду забыть, что где-то совсем рядом, прямо сейчас, там находится моя женщина. Та самая, которая обожает влипать в неприятности. И у которой точно есть реактивное шило в заднице, задающее вектор ее приключениям.

Давайте я просто опущу тот позорный момент, когда меня на секунду накрыло удушливым и кислым страхом, стоило услышать о заложницах.