Книга Тринадцатый. Мой любимый номер, страница 81 – Верона Виера

— У меня режим. Фаст-фуд не ем, – сухо отвечаю и перевожу строгий взгляд на Иванова.

Пусть только попробует пошутить на эту тему, всеку без предупреждения. Но Иванов всё понял. Хмыкнув, он молчит.

— Какие планы на каникулы? – наконец, вытирает он рот салфеткой.

— Я не знаю, особо никаких, – Женя пожимает плечами и смотрит на меня.

— Я тоже. Может, гараж разгребу, хочу выкинуть всë ненужное.

— Могу помочь, с Киром на пару. По-любому заставят с ним сидеть.

— Я могу с ним посидеть, а вы спокойно наведёте порядок.

Оживляется Женя и Иванов вместе с ней.

— Там порядок, просто надо перебрать коробки с отцовскими вещами.

Улыбки сползают с их лиц.

— Да, ладно, чего закисли? Я не за этим сказал, чтобы вы тут изображали похоронные лица. Просто факт.

— Да, батя у Макса был…

Снова сверлю его взглядом.

— Классный был, в общем.

Иванов сглатывает, опускает взгляд в свой недопитый стакан и через трубочку громко затягивает остатки колы.

— Раз планов у тебя никаких, приглашаю на днюху, – говорю Иванову, потому что Женьку уже пригласил.

Он поднимает осторожный взгляд и зависает с трубочкой во рту.

— Когда – хоть это-то помнишь?

Покосившись на Женьку, он отставляет стакан.

— Ты серьёзно?

— Да. Серьёзно.

— Прям реально?

Киваю, глянув на Женино счастливое лицо.

Счастливый Иванов тарабанит ладонями по столу и вскакивает с места. Он набрасывается на меня, как корги при виде мяча. Если б у него был хвост, то вилял бы, отвечаю.

— Отвали, придурок! – отмахиваюсь от его обнимашек, – Ты слишком красив, чтобы обниматься с тобой в общественных местах.

Озираясь по сторонам, ворчу и отталкиваю его от себя.

— Да я тебя готов расцеловать, бро! Это мой бро, ясно!

Этот ненормальный кричит на весь зал, но всем пофиг.

— Да, сядь ты! – одëргиваю его. – Ща сглазишь.

На мгновение закрываю глаза, чтоб развидеть его щенячий восторг.

— Тьфу, тьфу, тьфу, – он зачем-то стучит костяшками по столу и садится на место. – А че дарить-то?

Схватив зубами трубочку, он залипает на свои крошки на подносе и это не способно сдержать мою улыбку.

Женя тоже улыбается, вскидывает бровь и многозначительно мне кивает, показывает класс.

Я просто хочу врага держать к себе ближе, а не то, что она, возможно, подумала. Друзьями, как раньше, мы больше никогда с Ивановым не будем. Я точно не смогу, если выбор будет сделан не в мою пользу.

Свалю в другой город.

— Может, уже пойдём? Завтра в школу, если вы забыли.

Обращаюсь к обоим и они кивают, встают следом.

* * *

Иванов сворачивает домой – слава Богу без поцелуев, а мы с Женей в свою сторону.

— Знаешь, Макс, не смотря на поганое утро и странный день – вечер классный.

— Странный день? – переспрашиваю, пропуская Женю вперёд по узкой тропинке мимо гаражей.

— Я хотела сказать…

Она оборачивается на секунду.

— Я понял, что ты хотела сказать.

— А я боюсь, что ты опять неправильно понял.

Она внезапно останавливается и, развернувшись, преграждает путь.

— Всë это… слишком быстро, понимаешь? Быстро и ново для меня. Плюс папины слова. А ещё: Тихонова, контрольные, экзамены… важный год, понимаешь?

Киваю.

— Для меня тоже. Только экзамены тут не причем.

Она протяжно выдыхает, подбирает слова, говорит вкрадчиво и осторожно:

— Просто… не торопи меня, ладно? Я ценю то, что ты рядом, когда мне это нужно. Поддерживаешь, и я готова делать тоже самое. Но… я хочу сама понять, что я чувствую. Понять это в спокойном состоянии, а не когда на меня давят внешние обстоятельства.