Книга Любящая королева, страница 48 – Саффрон Брукс

— Пожалуйста, выслушайте нас, — добавляет Джастин. — Мы чувствуем ответственность. Это наше здание, и мы должны были обеспечить лучшую охрану. Мы думали, там безопасно из-за района, и не хотели вторгаться в ваше личное пространство камерами, раз вы не знали, что владельцы — мы.

Кинг продолжает:

— Мы откладывали всю арендную плату, которую вы двое платили с момента переезда. Деньги ваши, и как только все уладится и поймают того, кто за этим стоит, вы сможете использовать эти деньги, чтобы снять новое жилье, если захотите.

Мы с Меган переглядываемся, затем снова смотрим на них.

— Категорически нет, — говорим мы в унисон, и они непонимающе хмурятся.

— Мы бесконечно благодарны вам за покупку здания, но мы не хотим эти деньги обратно, — настаивает Меган. — Это была аренда, пусть и дешевая, но эти деньги ваши.

— И, пожалуйста, не думайте, что случившееся — ваша вина. Это не так. Вы оба были так заботливы, даже когда мы этого не осознавали, но… — я замолкаю, поворачиваясь к Кингсли. — Я не могу просить тебя позволить мне жить здесь, пока все не утрясется. Это слишком. К тому же, у нас было только первое свидание, я не хочу создавать неловкость, переезжая в тот же вечер.

Кингсли тянется ко мне, бережно охватывая мое лицо ладонями.

— Мило, что ты думаешь, что остаться здесь, пока все не решится, — это был выбор. Это не так. Я понимаю, что интимная часть наших отношений нова, но не забывай, что за нами два года дружбы. Уверяю тебя, ничего неловкого не будет. Я все равно редко бываю дома, ты знаешь, как много я путешествую.

Он прав. Мы дружим уже некоторое время, и он действительно много путешествует. Плюс, куда еще мне идти?

— Ладно, хорошо, — уступаю я, но твердо добавляю: — Но мы определенно не хотим эти деньги обратно.

Кинг и Джастин обмениваются взглядом, который я не могу до конца расшифровать, прежде чем пожать плечами.

— Хорошо, — говорят они в унисон, как-то слишком легко, но мы с Меган решаем не спорить.

После ужина приходит время моего инсулина. Мы с Кингсли поднимаемся наверх, он снова помогает мне с инъекцией. После он целует меня в живот, называет «хорошей девочкой» и хвалит за храбрость. Его слова согревают, и неприятные ощущения от укола исчезают.

— Я могу остаться в своем кабинете, — предлагает он, когда все убрано. — Я знаю, что сегодня у нас было первое свидание, так что, если ты чувствуешь, что делить комнату — это слишком, я с радостью посплю в кабинете.

— Нет, я займу твой кабинет или диван. Я не могу…

— Инес. — Мое имя звучит властно, заставляя меня инстинктивно сжать губы. Есть что-то в том, как он произносит его, что всегда вызывает во мне реакцию — нечто, что было с нами с самой первой встречи. — Ты будешь спать в моей кровати, и это окончательно.

— Но…

— Никаких «но». А теперь ложись в постель, спокойной ночи.

Я стою, глядя на него с вызовом, пока он не приподнимает бровь и не делает шаг ко мне. Я бегу и прыгаю в кровать так быстро, будто он поджег подо мной пол. Но, честно говоря, что бы он сделал, если бы я надавила чуть сильнее? От этой мысли сердце бешено колотится. Я никогда раньше не пробовала, но мне ужасно любопытно: он перекинул бы меня через колено и отшлепал, как в любовных романах, что присылает мне Камилла? От одного образа у меня сжимаются бедра.