Книга После измены дракона. Новая хозяйка Железного Армавира, страница 11 – Ангелина Сантос

Теперь я слышала только пустоту.

— Но позволил.

Он отвел взгляд первым.

На мгновение. Коротко.

Но я увидела.

Илмара тоже.

— Ты будешь под охраной до порта, — сказал он уже жестче. — Дальше тебя сопроводят мои люди.

— Нет.

— Это не обсуждается.

— Обсуждается все, что касается моего пути из этого дома.

— Ты все еще под защитой Астаринов до момента передачи Армавиру.

Я подняла шкатулку с печатью.

— Передача состоялась в зале Совета. Подписи стоят. Свидетели были. Ты сам хотел чистый развод, Северьян. Не порть его попыткой удержать меня на поводке после того, как снял ошейник.

Илмара резко вдохнула.

Северьян стал совсем неподвижным.

Я редко говорила с ним так.

Наверное, никогда.

В нашем браке было много молчания. Много вежливости. Много правильных слов. Я слишком поздно поняла, что иногда правильные слова — это ткань, которой прикрывают открытую рану, чтобы гости не испортили аппетит.

— Ты изменилась, — сказал он.

Я посмотрела на него, и впервые за вечер мне стало почти легко.

— Нет. Просто теперь мне нечего терять в твоих глазах.

Он хотел что-то ответить.

Не успел.

В комнату вошел Морван. Постучал уже после того, как открыл дверь. Хороший знак: дом перестал притворяться, что уважает мое личное пространство.

— Лорд Астарин, — сказал он. — Простите. Прибыл посыльный от главы Совета. Документы о передаче Армавира требуют дополнительной заверки.

Северьян обернулся.

— Сейчас?

— Да, милорд.

Я внимательно посмотрела на Морвана.

Дополнительная заверка через десять минут после подписания? Очень быстро для случайной формальности.

Эрдан Тессар не любил оставлять открытые двери. А метка на моей руке, которую Северьян успел увидеть, стала именно такой дверью.

Если бумаги заберут на заверку, отъезд задержат.

Если отъезд задержат, придут лекари.

Если придут лекари, мое запястье станет их первым доказательством или первой уликой против меня.

— Как удобно, — сказала я.

Северьян бросил на меня тяжелый взгляд.

— Это формальность.

— Конечно. Сегодня все формально. Измена. Развод. Ссылка. Чужая метка. Почему бы бумагам не захотеть еще одной печати?

Илмара побледнела.

Северьян сделал шаг ко мне.

— Покажи руку.

Вот оно.

Я медленно опустила шкатулку на стол.

— Нет.

— Элисана.

— Я сказала нет.

— Если с тобой что-то сделали...

— Теперь тебя это беспокоит?

Слова вышли тише, чем я ожидала. И от этого стали хуже.

Северьян замер.

Между нами было семь лет. Не все они были плохими. Именно в этом и заключалась жестокость. Если бы он всегда был холодным, грубым, чужим, мне было бы легче уйти. Но я помнила другое. Как он закрывал меня плащом от ветра в первый год брака. Как однажды принес мне книгу о северных островах, потому что я сказала за ужином, что никогда не видела настоящего шторма. Как стоял у моей постели после первой сильной лихорадки и держал чашу с водой, пока я не перестала дрожать.

Больнее всего предают не чудовища.

Больнее всего предают те, кому ты когда-то верила.

— Уходите, — сказала я.

Илмара смотрела на Севериана, будто ждала, что он прикажет мне замолчать.

Он не приказал.

— Завтра утром, — произнес он, — ты пожалеешь о каждом слове, сказанном сегодня.

Я кивнула.

— Возможно. Но не о том, что ушла.

Он увел Илмару.

Морван задержался на пороге.

— Документы, леди Ровеннар.