Книга Прощание Тёмного принца, страница 118 – Ольга Силаева

— Хоть сейчас не начинай своё морализаторство, Пирс, – устало отозвалась Лара прежним голосом.

Силуэт звездолёта вокруг них начал таять. Вокруг светили звёзды.

— Меня учили, что Светлый – тот, кто разделит твою боль, – вдруг сказала Лара. – Тёмный будет избегать боли до последнего. Но Тёмные тоже способны на самопожертвование. Твой Вернон прыгнул бы за тобой в любую пропасть. Разделил бы с тобой любое страдание.

— Да, – прошептала Таисса.

Часы кольнули Таиссе руку. Незримый щит, закрывающий их с Ларой в коконе, свободном от окружающего времени и пространства, начинал слабеть.

— И Дир тоже, – с непонятным выражением сказала Лара. – А ты разделила бы его боль? Если бы его вот так положили в саркофаг? Ты лежала бы с ним так целую вечность?

Таиссу словно ударили под дых.

Дир никогда не попросил бы её об этом. Но нужно ли о таком просить?

— Дир никогда не стал бы Великим. Никогда. С такой силой никому не справиться. Дир знает об этом лучше кого-либо.

Лара с горечью засмеялась.

— Правда?

Чёрные часы вновь полыхнули у Таиссы в руке, пронизывая болью пальцы. Мир вокруг готовился вот-вот снова обрести форму.

— У меня не будет долгой счастливой жизни в будущем, – бесстрастно сказала Лара. – Меня больше нет, Пирс. То, что ты предложила мне, бессмысленно. Я умираю. Существование, которое отведено мне, можно длить только очень короткий срок.

Таисса мысленно ахнула. Она должна была догадаться.

— И только что ты отобрала у меня главное. Уверенность, что всё, что я делала, было не зря. Я не вернула её. И не верну.

В голосе Лары была печаль, которая напугала Таиссу больше, чем все угрозы, что она слышала раньше.

— Вот всё, что у меня осталось. Его могила.

Она вдруг оборвала себя, и в пустоте вновь раздался горький смешок.

— Неважно. Ты опять поступила так, как от тебя ждали, Таисса Пирс.

— Что?

— Как обычно. Молола языком, пока всю грязную работу делали за тебя.

Голос Лары доносился словно бы из ниоткуда, делаясь всё слабее.

И тут Таисса осознала, что больше не держит чужую руку. В следующий момент звёзды померкли.

А потом над головой вспыхнул свет.

Кто-то рывком поднял Таиссу на ноги – и она оказалась лицом к лицу с очень бледным Робертом. За его спиной светлела прозрачная медицинская капсула, в которую на глазах Таиссы укладывали обнажённого до пояса Вернона.

— Ч-что… – начала Таисса хриплым чужим голосом.

И увидела светловолосого молодого человека, лежащего на полу.

Он не шевелился. Не дышал. На шее темнело пятнышко крови.

Пальцы левой руки Таиссы бессильно разжались. Часы упали на пол.

— Лара, – прошептала она.

Второе тело Лары было уничтожено.

Таисса сидела на краю кровати, безуспешно пытаясь разминать левую руку.

С тем же успехом она могла лепить куличики из бетонных блоков.

Ещё она могла молчать и соглашаться. Молчать и не соглашаться. Или просто молчать.

Женщина, сидящая рядом с ней, молчала тоже.

Наконец Таисса опустила руку. Часы лежали рядом с ней на кровати.

— Песчинки на месте? – впервые заговорила Элен.

— Да… кажется, – глухо ответила Таисса. – Я не вижу сквозь футляр.

— Хорошо.

Они замолчали снова.

Таисса попыталась обхватить руками виски, но получилось у неё сделать это только одной рукой.

Лара, пришедшая в их мир, чтобы убивать, была ещё на одну треть мертва. Это звучало… правильно. Ещё одна победа.