Книга Одиссея Тёмного принца, страница 137 – Ольга Силаева

— Эй, – негромко позвал Вернон. – В этом пироге, между прочим, кролик с грибами в сливочном соусе и белом вине. Даже я так не умею.

— Мне страшно, – прошептала Таисса.

— Не поверишь, мне тоже. И? У нас впереди ещё как минимум несколько часов, и я собираюсь ими наслаждаться, пусть даже стиснув зубы. – Вернон ухмыльнулся: – К тому же технически это наша брачная ночь. Не такой ты её представляла, не так ли?

— Ну, раз уж ты надел мне на палец кольцо… – пробормотала Таисса. – А мы не можем, технически говоря… развестись?

Вернон фыркнул:

— Настолько не жаждешь быть связанной с самым блестящим женихом планеты?

— Вообще-то не очень.

Внимательные серые глаза чуть сощурились.

— А ведь ты до сих пор меня любишь, – негромко сказал Вернон.

— Вот это уж точно не твоё дело.

— Угу. И ты ни разу не думала о нашем первом поцелуе в Эксетере, правда?

Таисса подняла бровь:

— По-моему, ты думал о нём куда больше меня. Кстати, Альбини сказал, что вспомнил кое-что ещё. Что?

Вернон вздохнул:

— Мы точно не можем умереть прямо сейчас? Мне совершенно не хочется, чтобы ты продолжала вспоминать каждую мою случайную обмолвку. Надоедает, знаешь ли.

— Серьёзно, Вернон. Что ты вспомнил?

Вернон поболтал долькой лимона в чашке. Задумчиво отпил чаю, не глядя на Таиссу.

— Просто… какое-то детское воспоминание. Двое детей, бегущих по саду… Ты и я? Не помню, но оно было таким счастливым…

Он мотнул головой.

— Иногда самокопание бывает излишним, – пробормотал он. – Например, тогда, когда ты ставишь себе цель вспомнить всё нужное и ненужное, лишь бы докопаться до того, что есть ты.

— Дир говорил о том же самом, – тихо сказала Таисса. – Что он хочет найти себя. Кажется, это ваша общая одиссея.

Вернон поморщился:

— Избавь меня от этого сравнения.

— Почему? Потому что это правда?

— Потому что моё «найти себя» бодро тикает секундомером, готовясь быстро и неотвратимо закончиться вот в этом самом мокром холодном бункере. Что до твоего Светлого… мне напомнить, что он утонул? Или, может быть, ты ждёшь, что сейчас раздастся вежливый стук и к нам заявятся его друзья со спасательными жилетами и мороженым?

Таисса молчала.

— Вот именно. Мне жаль, Пирс, но мы ничего не можем сделать. Ни для него, ни для себя, ни для кого-то ещё.

Таисса бросила взгляд в сторону непрозрачной перегородки, за которой скрывалась лаборатория. Автоматизированная линия, которая должна была подарить им противоядие. Таисса так и не успела её рассмотреть. Впрочем, сейчас, с мёртвым генератором, это была всего лишь куча бесполезного металла.

Вернон небрежно подхватил последний кусок пирога и вгрызся в начинку с нежным мясом кролика и грибами.

— Умирать нужно сытым, – заключил он. – Кстати, посуду моешь ты.

Таисса невольно засмеялась.

— Знаешь, ты сейчас куда теплее на меня смотришь, – проговорила она. – После… после другой реальности.

— Может быть, потому что очень хорошо помню, как твои глаза горели чёрным, а вокруг кружили смерчи, энергетические щиты и большие боевые роботы? Такое сложновато забыть, даже если это происходило не с тобой.

— Да уж, – пробормотала Таисса, вспоминая, как они с альтернативным Верноном на полной скорости удирали в машине и как тот поцеловал её. Она уж точно этого не забудет.

— Но я почти не жалею о тех способностях, – неожиданно для себя самой сказала Таисса. – Здесь, когда мы с Диром прикоснулись к осколку, зацвело целое поле вереска. Но там не расцвёл ни один цветок. Я почему-то даже не пыталась.