Книга Адептка вне закона, или Ректор, берегите нервы!, страница 47 – Анастасия Смирнова

​Я с головой, до одури и кровавых мальчиков в глазах, погрузилась в учебу. Мы с Марго дневали и ночевали в Главной библиотеке, отгородившись от всего мира высокими стопками замшелых фолиантов.

​Я до темноты заучивала наизусть сложнейшие трехмерные формулы боевых плетений.

​До кровавых мозолей на пальцах отрабатывала мелкую моторику для бытовых заклинаний Огня.

​Глотала литрами мерзкий, горький отвар из корня мандрагоры, который помогал не спать сутками напролет.

​Моя внутренняя дикая рысь, еще недавно яростно рвавшаяся в бой при каждом упоминании ректора, впала в глубокую, нездоровую апатию. Она больше не царапала ребра, не требовала ночной свободы и вообще никак не реагировала на внешние раздражители. Зверь просто свернулся в тугой, безжизненный клубок на самых дальних задворках сознания, словно погрузившись в искусственную летаргию.

​И это пугало меня сейчас куда больше, чем ее неконтролируемые вспышки агрессии на тренировках. Без ее первобытной, дикой энергетики моя собственная стихийная магия стала...обычной. Пресной. Идеально послушной, но напрочь лишенной той самой искры, которая делала меня живой.

​Магистр Элиас Вернер держал свое слово с пугающей, безупречной жестокостью.

​Мы неизбежно пересекались в столовой, в широких коридорах, пару раз я видела его монументальную фигуру на балконе смотровой башни. И каждый божий раз происходило одно и то же: его тяжелый взгляд скользил сквозь меня, словно я была сделана из мутного, никому не интересного стекла. Ни малейшего намека на узнавание. Ни единой, даже самой скупой эмоции на идеальном, точеном лице аристократа. Он виртуозно, с садистским изяществом вычеркнул меня из своей реальности, оставив барахтаться в моей собственной.

​Наступило утро первого, самого страшного экзамена —Практическая боевая магия и контроль стихий.

​Открытый полигон встретил первый курс пронизывающим, колючим северным ветром. Небо над башнями академии было затянуто плотным свинцовым покрывалом, грозящим вот-вот разродиться ледяной крупой. Мы жалко ежились в своих форменных утепленных мантиях, нервно переминаясь с ноги на ногу у ограничительной черты.

​В самом центре полигона, надежно окруженный мерцающим защитным куполом, возвышался экзаменационный помост. За длинным столом, покрытым зеленым сукном, восседала строгая комиссия: наш преподаватель магистр Торн, тучный декан огненного факультета и, к моему леденящему ужасу, сам верховный ректор.

​Вернер сидел в центре. Сегодня он был затянут в наглухо застегнутый черный камзол без единого украшения. Его длинные серебряные волосы были строго, волосок к волоску, забраны в низкий хвост, а перед ним лежала стопка экзаменационных ведомостей. Он выглядел как ожившая, идеальная статуя беспристрастного правосудия — холодный, отстраненный и абсолютно недосягаемый.

​— Адептка Рокс! — рявкнул магистр Торн, сверяясь со своим длинным списком. — На помост. Ваша задача — продемонстрировать комбинированный огненный щит пятого порядка с последующим резким переходом в атакующую волну. Время на подготовку и раскачку резерва — тридцать секунд.

​Я нервно, с трудом сглотнула, чувствуя, как предательски потеют ладони внутри кожаных перчаток, и на ватных ногах неуклюже шагнула за защитный барьер. Ветер мгновенно растрепал мои тщательно собранные волосы, швырнув светлые пряди прямо в глаза.