Книга Единичка, страница 48 – Элла Чак

— Выбирать! – хмыкнул он. – Мы импровизировать не умеем. Любое решение – из инструкции поведения.

— Ты ведь не убил меня ночью.

Нэл почему-то улыбнулась.

— Пока не убил.

Но она заметила, как дернулся край его губы, а значит, он на самом деле так не думает. Фин часто стирал с лица пот и поправлял серебряную цепочку, о которой теперь не мог перестать думать. Он сорвал лист огромного папоротника, стал обмахиваться им. Его знобило, каждый удар сердца отдавался в ноге сильнейшим прострелом.

— Сядь, нужно обезболить ногу.

— Как? Отрубить?

— Соберу траву и коренья. В природе все давно изобретено, главное знать, где искать.

Нэл скинула сумку с ноутбуком и углубилась в рощу. Она вернулась через полчаса с растертой на камнях красной мутью.

— Не смотри и не нюхай!

— Что за гадость?.. – уставился он на растекающуюся по рукам Нэл гигантскую соплю.

— Вытяжка из улитки.

— Вытяжка?.. Тут по булыжнику вся улитка вытянулась размазней!

— Закрой глаза и глотай! В этой слизи сильный обезболивающий компонент. Будет действовать часов двенадцать.

— Не так уж сильно и болит…

— Струсил?

— Струсил, – повторил он, как будто согласился с душевнобольным человеком и его заявлением, что солнце холодное, вода сухая, а прикосновения не минусят.

— У тебя в башке каша, Нэл, похожая на то, что осталось от этой улитки. Ты ничего не знаешь про страх.

Он взял камень, зажмурился и провел языком по тугой шершавой поверхности. Фин не знал вкусов. В Секторе питались бетами, заменившими еду и воду. У него еще не прошли спазмы от утренних ягод, а тут он накрыл их сверху красной соплей.

— Зажми нос пальцами. Так не почувствуешь вкус!

— Раньше предупредить не могла… уже почувствовал!

Через десять минут привала ногу перестало дергать, и они пошли дальше. Несколько часов двигались молча, каждый погруженный в собственные мысли.

— Радиация хлещет, а мы без экранов, – подметил Фин.

— У нас Единичка, – имела она в виду оставшийся им срок в годах. – Уже нет никакого толка в экранах. И вообще, я не боюсь солнца.

— А скорости?

— Один раз я скакала верхом на лошади. Очень быстро!

— Это не то! Вот тригл разгоняется до трехсот пятидесяти километров в час по дороге, а в небе до пятисот пятидесяти! Вот где скорость!

Он вспомнил свои частые отлучки по ночам из Башни к трассе М-5.

— После заката я сваливаю погонять на тригле. Разгоняюсь под двести пятьдесят и несусь по М-5.

— Эм-Пять? Это звездное шаровое скопление в созвездии Змеи? Я читала каталог Шарля Мессье.

— Да нет же! Сквозь космос тригл пока не летает. Трасса минусовых М-5. Она много где обрывается. Асфальт размыло селями, но есть беспрерывные участки по сотне километров.

— Триглы же летают… зачем гонять по трассе?

— Дорога – это классика. Там я бываю свободным.

— Смотри на росток чертополоха не наскочи. Они пробивают асфальтовые трещины корнями. Собьет тебя малявка с байка.

— Это не байк. Ты отстаешь от мира лет на сто! Байки сменили кидеры на солнечной энергии. После них появились триглы. В общем-то, то же самое, только летает на ракетном топливе с антигравитационным полем. Оно генерируется четырьмя дисками.

— Тетя учила меня водить машину минусовых, но…

— Тише! Замри! – резко обернулся Фин, вздергивая руку. – Я слышу приближение беспилотника. – Уставился он в чистое голубое небо.