Книга Единичка, страница 68 – Элла Чак

Она стянула гольфы, опуская горячие ноги в прохладные побеги ромашек. Нэл прохаживалась босыми ступнями по влажным стеблям, наслаждаясь их живой упругостью под рецепторами кожи.

— Это правда, – произнесла Нэл. – Нестор – отец Ли и мой дедушка. Он создал Систему, а значит, был Лидером.

— Нэл…

— Нет, Кайл! Ты должен знать! Это правда о моей семье, которую я не рассказала ни Смиту, ни Иванычу. Нестор сошел с ума, но я не знаю почему. Ли рассказывала, что он придумал, как избавиться от Единички. Знал, как уничтожить Систему. Подсказки в ноутбуке. В переписке с его коллегой. Они вместе работали над Единичкой. Ли не смогла разобраться, что такое серебряный дождь. Что это за метафора, откуда взяться серебру в облаках. Чтобы выяснить это, мне нужен компьютер. И Система. Она ответит мне. В ней мой геном. Теперь я знаю. Спасибо Лее за наводку.

— Классная версия, Нэл. Но версия Леи звучит не хуже.

— Если бы это было правдой, – вытянула Нэл из-за горловины сарафана подвеску с солнцем и маяком, – я бы активировала его в первый день. Зачем мне гнать тебя и Рудо в нору за ноутбуком? Зачем бегать двое суток по лесу без воды и пищи? Я уже знала, где Штаб. Забрала бы сумку и вернулась… «к своим».

— Скажи только одно. Хоть раз скажи правду, Нэл! Ты убила комиссара? Убила или нет?!

— Правду?..

— Да, Нэл. Только правду. Жаба мертва?

— Хорошо, Кайл. Да… я убила в лесу красную жабу, – ответила она точно так же, как Смиту. То, что Финнер отдал ей маяк, то, что его мать хранила столько лет солнечную метку – это не случайность. Нэл верила, что жабы в нем больше нет. Остался только человек.

— Если, – прижал Кайл ладонь ко лбу, размышляя, – если ты не агент Сектора, то весь твой план… это настоящее сумасшествие.

— Плохая наследственность, знаешь ли.

— Не шути, Нэл! Система… Ты и близко к ней не подойдешь. Ты умрешь там.

— Но я должна попытаться!

— Нет, пережди. Пройдет пять лет, и у нас будет больше двушников, больше внедренных агентов. Думаю, мы освободим человек сорок за это время. И тогда ты сможешь попытаться, я обещаю. Но не сейчас.

— Пять лет… – повторила она, хотя прекрасно услышала. Где же ей взять столько? Не было в запасе у Нэл пяти лет. Только этот последний год, чтобы выяснить, что такое серебряный дождь. – Это долго, Кайл. Каждый день в Секторе гибнут люди. Я не буду столько ждать.

— Почему?

— Просто не могу!

— Ты погибнешь. Что за желание побыстрее сминуситься?

— Значит, погибну! Как тысячи до меня! Но я не предатель, Кайл! Я запуталась… и не понимаю, за что хвататься… А еще Лея со своими слухами… Иваныч выпрет нас с Либери, как агента на четырехкопытном тригле!

Кайл улыбнулся:

— Этого не будет.

— Но Рудо ей поверил! И ты тоже!

— Это они еще про твой комиссарский маяк не знают, – усмехнулся он.

— Он жабе принадлежал. Он был вместе с серебряным солнцем! Рядом с символом выживших.

— Наверное, жаба отобрала кулон у кого-то из наших. Слушай, Иваныч – умный человек. Он мудрый. Ему в Штабе все доверяют. И я тоже. Как себе или как Смиту. Он тебя не выгонит.

— Версия Леи была убедительной, – согласилась Нэл. – Если в Штабе узнают, что я внучка Нестора…

— Я никому не скажу. Честно! – звучали нотки извинения в его голосе. – Я просто хотел подбодрить друзей, что ты прибила жабу.