Книга Монструм, страница 71 – Полина Граф

Пока планетар решал свои дела, Стеф лениво оглядывал разношерстную толпу.

Тут его дернули за рукав.

— Желаешь узнать о своем горизонте будущего, примум?

Стефан увидел перед собой закутанную в перламутровые ткани орнега – спутника планеты. Даже лицо ее было замотано и обвешано стальными квадратами. Остался виден лишь лоб винного цвета, на нем был вытатуирован глаз – от него расходились две линии, проходившие через настоящие синие глаза до самой шеи. Такой был у всех рожденных в префектуре Шталь – особенности веры.

Орнега продолжила своим глубоким, но шепчущим голосом:

— Не часто вижу тут приземленных. И не часто они могут получить от меня рассказ о будущем.

Стеф нахмурился. Далеко не все гадатели были шарлатанами, всякий знал: горизонт будущего фиксирован, и если выучиться, то возможно увидеть его в недалеких масштабах. Узнав о грядущем, можно попытаться что-то изменить, но Вселенная наверняка вернет тебя в нужное ей русло. Все сводилось скорее к фаталистической подготовке к встрече с судьбой и изменению мелких переменных. Что-то в уверенном взгляде орнега заставило Стефана поддаться. Он бросил ей небольшой стеклянный шарик, еле заметно сияющий синим. Валюта со срезом воспоминаний – ценсумы. Заоблачница метнула на него быстрый оценивающий взгляд и спрятала плату в ворохе переливающихся складок одежды. Потом взяла руку Стефана в свою – практически багровую, – уколола его иглой и спиралью растерла кровь по ладони. Орнега с пристальным вниманием разглядывала разводы, мыслями проникала в эфир Стефа, будто ничего занимательнее не видела и в целом мире.

— Интересно, – тихо вымолвила она. – Да, я вижу.

— Да неужели? – Стеф проницательно вскинул брови.

— Ты на распутье, примум, ожидаешь, откуда придет удар. – Орнега проследила за алой каплей, упавшей в снег. – Ты не доверяешь душам вокруг себя, особенно тому, кто среди вас недавно. Он изменит все.

Стефан напрягся. Это не походило на типичные размытые предсказания. Теперь он жадно хватал каждое слово.

— Я подскажу, как лучше поступить, чтобы немного отклониться от плана Вселенной. Отпусти эту душу, отдались. Или она уничтожит всех, кто тебе дорог…

— Я не… – начал было он.

— Всех, – неумолимо повторила орнега. – И в первую очередь он погубит тебя. В темноте, среди ветвей. Не помогай ему, никогда и ни за что. Не ищи его. Иначе придет твое время.

— Эй, а ну прочь! – сердито воскликнул Меркурий, резко ворвавшись в их беседу. – Баламуть души кому-нибудь другому. Тарт, Стефан, только не говори, что ты ей заплатил!

Стеф стоял как громом пораженный и смотрел на ладонь. Ему показалось, что вслед за словами орнега внутри него что-то затикало. Заоблачница же поклонилась и, прежде чем уйти, сказала:

— Держись от него подальше.

— Давай топай! – бросил ей вслед Меркурий, заводя растерянного Стефа за серые занавески. – Я знал, что ты транжира, но чтоб такое! Горизонт будущего? У тебя совсем самоуважения нет? Никакой интриги не оставляешь.

В помещении было темно и накурено, в нос ударил душистый карамельный запах – в воздухе витал дым самых разных цветов. Повсюду стояли столы, огражденные перегородками, кометы носились яркими вспышками. Запрокинув голову, Стеф увидел далекий потолок и каменные плиты, витающие в воздухе, – на них тоже располагались столы с посетителями. Темнота между ними освещалась фонарями-солнцами размером с футбольный мяч. Все было отделано темным деревом, украшено алыми тканями. Снаружи здание выглядело намного меньше, чем изнутри, но манипуляции с пространством были одними из самых простых. Эквилибрумы могли с легкостью уместить слона в спичечном коробке, что уж говорить о двухэтажном здании.