Книга Альтернат, страница 23 – Медина Мирай

Он крепко задумался и быстро признал, что в ее словах есть доля правды. Но все же обстановка его напрягала. Ну не могла приемная располагаться за такой подозрительной дверью. Он убеждал себя – или успокаивал? – что вряд ли дверь откроется от того, что девушка, не имеющая никакого отношения к «Альтернату», положит ладонь на панель. И вот Иван положила. По форме ее пальцев зеленым неоновым светом прочертилась линия. Раздался щелчок. На панели высветилось окошко – «открыто».

Иван присвистнула.

— Какая беспонтовая у них защита! Любой рандомный чувак с улицы может в кабинеты заходить! – Она прокрутила колесо-ручку, и дверь с тяжелым противным трением проглотила стена.

— Ее словно не открывали годами. – Для Эймери это был очередной звоночек, чтобы развернуться и уйти.

Но после серии бесплодных попыток найти выключатель Иван шагнула внутрь и посветила фонариком на телефоне. Первое, что Эймери увидел, – ряд маленьких тумб с вдавленными в подушки предметами. Тут были ожерелья, кинжал, переплетенные браслеты. Словом, безделушки, которые обычные люди точно не стали бы хранить в подвале за подозрительной дверью.

— Кажется, это все-таки не приемная. И даже не архив.

— Да что ты? – подколол ее Эймери, стараясь как всегда говорить спокойно. – Что тебе подсказало? Железная неприступная дверь с панелью или темная комната с непонятными вещами за ней?

Она направила свет фонарика в середину помещения, на две большие резные тумбы друг напротив друга.

— Не понимаю. Это что, музей? – Иван встала между тумб и стала светить то на одну, то на другую. – Тут скрипочки стоят: белая и черная.

— Нам лучше вернуться обратно и найти приемную.

— Да ладно тебе.

— Тебе что, не хватило вчерашних приключений?..

По спине вдруг пробежал холод. Безусловно, здесь было заметно прохладнее, чем снаружи, но уже через секунду Эймери понял, что, несмотря на физический озноб, по-настоящему замерзло вовсе не тело. Не к нему прикоснулись холодные руки, они потянулись словно к его… душе? Нежный бессвязный шепот, подобный песне, разлился в голове. И в то же время казалось, он повсюду.

— Ты слышала это?

— Что? Кого?

— Кто-то что-то говорит. – Он огляделся. Да кто же его звал? – Девушка.

— Чего-чего? – Иван обвела помещение светом фонарика. – Тут только мы с тобой.

— Да, но…

Внимание Эймери привлекла белая скрипка в метре от него. Взглянув на нее лишь раз, он уже не мог отвести глаз. Что-то толкало подойти к ней. Коснуться верхней деки. Подушечками пальцев прочувствовать резной рисунок, рассказывающий ему историю.

Девушка в длинном платье играет на скрипке.

Рядом, довольные, стоят ее родители.

Парень в черном берет ее за руку и ведет куда-то за собой.

Перед ними обрыв.

Под ним течет река.

Парень обнимает девушку.

Затем бросает ее в реку.

Она уходит под воду сразу.

Захлебывается.

Эймери не понял, как взял скрипку и водрузил на плечо. Это случилось так внезапно, так неосознанно, что еще минуту под неумолчный шепот он завороженно смотрел на ее поблескивающие в свете фонарика струны, тень резьбы, которая, казалось, рассказывала новую историю. Сквозь пелену этого непонятного очарования к нему никак не мог пробиться голос Иван. Наконец она схватила его за плечо и развернула к себе. Шепот оборвался. Эймери опустил скрипку.