Книга Калинов мост, страница 77 – Александр Феликсович Каменецкий

— Лишь кажутся? Не понимаю. – Я вздохнул. – Показывай, куда идти к мосту?

— Туда – поник головой кот, – налево.

— Налево пойдёшь – кота потеряешь, – напомнил я.

— В каком-то смысле так и есть. Я с тобой через мост не пойду.

— Жаль.

Мы, не торопясь, двинулись вдоль берега реки Смородины. Кот молчал и с тревогой поглядывал то по сторонам, то на меня, но заговорить не решался. Ну и фиг с ним, не пытать же его. Морану он боится больше меня, однозначно. Я хотел сказать, меня он совсем не боится. Оп! А это что такое? Баюн говорил, нет такой силы – реку Смородину пересечь, а вон лодка плывёт. Натуральная лодка, и мужик с веслом. Так, он к этому берегу правит, как раз сейчас и спрошу, может, перевезёт?

— Баюн, ты же говорил, всё сразу сгорает, а вот же лодка – плывёт.

— Ах, это… – кот поднял голову и тоже заметил лодочника. – Этот да, плавает тут. Перевозит души умерших в Навь, в основном не наших, не русских, наши по мосту ходят – традиция.

Что же это такое?! Только пытаешься коту поверить, как тут же оказывается, что он про что-то не договорил, о чём-то забыл, а нечто и вообще не моего, мол, ума дело. Вот как с ним общаться?

Лодочник причалил к берегу метрах в двадцати впереди нас. Не смотря на летнюю жару, он был в плотном плаще с капюшоном, накинутым на голову. Я ускорил шаг.

— Уважаемый, – позвал я, – не могли бы перевезти меня на ту сторону?

Из-под капюшона на меня воззрились светящиеся красным огнём глаза. Во всём остальном, кроме глаз, он был похож на человека, худого и измождённого, с серовато-землистой кожей, покрытой неприятными пятнами. Он просканировал меня взглядом с головы до ног и обратно, недовольно покачал головой и протянул руку ладонью вверх.

— Чего он хочет? – шепнул я коту.

— Золото за переправу.

— А у меня нету. Послушайте, – обратился я к лодочнику, – у меня нет денег, но мне очень нужно на другой берег. Помогите, пожалуйста.

Лодочник сверкнул глазами, не проронив ни слова, оттолкнулся веслом от берега и, отвернувшись, отправился в обратный путь. Я некоторое время растерянно смотрел ему в спину, затем выразительно перевёл взгляд на своего спутника, требуя объяснений.

— Мрачный тип, – весьма по человечьи пожал плечами чёрный плут. – Хароном^[30] звать. Молчит всё время, но дело своё делает, не бесплатно, конечно.

— Харон, Харон, – начал вспоминать я. – Точно! Знаю. Перевозит души мёртвых в загробный мир. Но он ведь по Стиксу^[31] должен плавать?!

— Как только Смородину не называли, а загробный мир… вот он, – кот повёл лапой в сторону тёмного леса, ты уж который день в нём.

У меня голова пошла кругом, я потёр виски и пошёл дальше. Не хватает мне ко всем славянским богам ещё греческую мифологию приплести, так чтобы уж я окончательно запутался и свихнулся.

Шли мы довольно долго. Уж не знаю, почему Индрик не подвёз нас ближе, наверное, выполнял наказ Велеса. Думаю, давали нам время с котом пообщаться и все-все вопросы решить. Но чёрный разбойник был необычайно тих и молчалив, беседа не клеилась. Наконец впереди показался мост. Мост даже издалека производил внушительнейшее впечатление. Большой, широкий, с фигурными перилами, он изгибался пологой дугой, далеко заходя на оба берега.

— Вот он – Калинов мост, – буркнул кот.

— Какой-какой? Калинов?