Книга Калинов мост, страница 83 – Александр Феликсович Каменецкий

— Здрасьте, – робко сказал я.

— И тебе не хворать, отрок, – голос старика был глубоким, низким. – Ты ведь не тутошний. Я тебя не помню.

Я кивнул и пожал плечами. Сам понимаю, что странный жест получился: не то – да, не то – нет. Не объяснять же первому встречному, откуда я взялся и куда направляюсь.

— Это ты кобылу с жеребёнком вызволил? – вопрос прозвучал строго, почти как обвинение.

— Я, – признался я после секундного размышления. Даже если сделал что-то не так, не жалею об этом ни капельки. Если им это не нравится – им же хуже.

— Чудной ты, – сказал дед, – гляжу на тебя и не разумею. Не от мира сего.

Дед замолчал, а я что мог сказать? Угадал ты, дед, я не от этого мира совершенно, но очень хочу вернуться в свой мир. Дорогу не покажешь? Но, естественно, я ничего такого вслух не сказал. Старик усмехнулся в бороду, словно мысли мои услышал.

— Пойдём со мной.

— Куда? – Нет, понятно, что в лесу ночью торчать – самое бессмысленное занятие, но не идти же с первым встречным.

— Пойдём-пойдём, накормлю тебя и переночевать пущу.

Старик больше не уговаривал меня, развернулся и двинулся в чащу. Они здесь все такие? Сказал и пошёл, а иду ли я за ним, ему словно безразлично. Кот так же делал – очень раздражает, знаете ли. Чертыхнувшись, я поплёлся за ним. Хочешь не хочешь, а прав дед, вот он сказал про еду, и так есть захотелось, словно неделю не ел. А я и в действительности неделю не ел. Или больше уже? Я со счёта сбился. И ночлег мне не помешает, хотел в деревне переночевать, так она сгорела. Надеюсь, у деда жильё понадёжнее.

— Как звать тебя, отрок?

— Иван я.

— А меня Добромыслом зови.

Больше мы не проронили ни слова, пока не пришли к небольшой лесной хижине. Снаружи она мало чем отличалась от избушки бабы Яги, разве что располагалась гораздо ближе к земле, имелись и окна, и дверь, и лестница была самая обычная. Старик Добромысл, не оглядываясь, зашёл внутрь, оставив дверь открытой. Я пожал плечами и последовал за ним. Внутри жилище разительно отличалась от избушки на курьих ножках. Здесь было темно, и старик зажёг толстую восковую свечу, поставил её на стол. Помещение было совсем маленьким, угол занимала печка, стол и две лавки – вот и всё, что там уместилось. Старик достал плошку, ухватом вытащил из печи горшок и деревянной ложкой положил что-то в плошку. Вскоре плошка и ложка оказались на столе. Я не заставил себя уговаривать, пристроился на лавку и заграбастал столовый прибор правой рукой. В тарелке оказалось нечто вроде едва тёплой каши из целых зёрен пшеницы, без соли, без масла. Но мне было всё равно. Я засунул ложку каши в рот и жевал с удовольствием.

— А Вы кто? – пробормотал я с набитым ртом.

Надеюсь, не начнётся игра, как при встрече с котом: угадай, кто я? Старик в этот момент наливал в глиняную кружку воду, зачерпнув ковшом из бадейки, стоявшей в углу. Он правильно понял мой вопрос, но, прежде чем ответить, поставил кружку передо мной.

— Я волхв. Кудесник. Разве ты не видишь?

— Не вижу, не встречал до сих пор ни одного волхва, – ляпнул я, не подумав.

— Ты необычный отрок. – Добромысл на несколько секунд задумался. – Но мой повелитель хочет, чтобы я помог тебе.

— Повелитель? – я понюхал воду в кружке, осторожно сделал глоток и довольно кивнул. Свежая вода – прохладная и вкусная.