Книга Калинов мост, страница 96 – Александр Феликсович Каменецкий

— Зря вы так, – я разозлился. Знало бы ты, как ты мне не нравишься, само бы убежало и в самую дальнюю нору забилось. И ни одной головы бы оттуда не высовывало. До чего ж оно страшное и противное. Мерзкая тварь, сила нечистая. Всё, мирные переговоры закончились, я заорал: – не уйдёте добром, уберётесь поневоле! Проваливайте, или я оторву вам все ваши мерзкие головы!

Многоголовая жаба захохотала, раздуваясь и словно ещё вырастая в размерах.

— Да ты сдурел, Иван-крестьянский сын. Я тебя на одну ладонь посажу и другой прихлопну.

— У тебя и ладоней-то нет, – буркнул я и уже громче выдал классическую фразу с весьма двусмысленным звучанием: – Не хвались на рать едучи, а хвались, едучи с рати.

— Готовься к смерти! – завыло чудище.

Я покрепче, поудобнее перехватил меч. Готов уже, не пугай. Чудо-Юдо изогнуло шеи, вскинуло головы повыше, раззявило пасти, и на меня обрушился поток яростного пламени. Я только глаза успел зажмурить и дыхание задержать, да что толку, вокруг бушевал шквал огня. Я приоткрыл один глаз, мне показалось, что я попал в эпицентр ядерного взрыва – кругом был только огонь. Он клубился, тёк, струился, плескался, свивался в жгуты и спирали, так продолжалось минут пять. К своему удивлению и счастью, я даже тепла особого не почувствовал, меч и даже одежда на мне ничуть не пострадали. Магия, так её! Это вселило в меня заметную уверенность, выходит, зря я Чудо-Юдо боялся. Я, довольно терпеливо подождал, пока буйство огненной стихии выдохнется, потом шагнул навстречу жабе, взмахнул мечом и рубанул что есть сил по ближайшей шее.

По неопытности я промазал. Тысячу раз говорил: не богатырь я. Даже спорт – это не моё, я книги люблю, люблю почитать, лёжа на диванчике. Меч настоящий до того в руках не держал, как тут не промазать?! Стало совсем не смешно, меня занесло по инерции, развернуло влево, меч звякнул кончиком о перила моста, высекая искры, и я оказался к чудовищу почти спиной. Краем глаза я увидел приближающуюся зубастую пасть и уже в панике, торопливо, не глядя отмахнулся. Вот теперь я попал, хоть и совершенно случайно. Меч-кладенец не зря, видимо, так ценился, не зря поминался во многих сказках. Сквозь плоть мерзкой пупырчатой твари меч прошёл словно шило сквозь мешок, голова шлёпнулась на мост, вывалив синий язык из зубастой пасти. Чудо-Юдо отдёрнуло шею, поблёскивая ровным срезом, на котором выступила чёрная кровь.

— Ага, чудище поганое, получил! – я потряс мечом.

В ответ Чудо-Юдо пошло в атаку, и мне пришлось отступить, уворачиваясь от зубов сразу одиннадцати голов. А тварь как-то ловко подхватила отрубленную голову, дохнула на обрубок шеи огнём, и голова вмиг приросла на своё место. Вот так фокус! Вот теперь я попал! Вот теперь точно пора паниковать! А предупредить нельзя было?! Почему же никто не сказал-то?

И чего? Так каждый раз будет? Нельзя его к отрубленным головам подпускать. Я собрался с силами на второй заход. Понемногу я приспосабливался к своему оружию и махал мечом всё увереннее, мои удары становились всё точнее. Правда, успеха это не приносило. Пару раз мне удалось срубить ещё по голове, но скинуть их с моста или сделать с ними ещё что другое я никак не успевал. Чудище трепетно относилось к своим потерянным частям, сразу шло в атаку, плевалось огнём, и части неизменно возвращались на своё место. Это начало меня злить. Бесполезное занятие какое-то. Я рублю – оно приращивает. Я рублю – оно приращивает. Так можно развлекаться бесконечно, только развлечение невесёлое. Я стал уставать, пот стекал каплями по лбу и затекал в глаза, футболка промокла насквозь. Я очередной раз взмахнул мечом и, на счастье, срубил сразу две головы. Да что толку! Эти головы вернулись на место ещё быстрее прежнего, тварь тоже училась на своих ошибках.