Книга Алатырь Евы, страница 111 – Янина Корбут

— Спасибо… Но я хочу побыть одна, – шепчу и закрываю лицо руками. Хочется свернуться в улитку и снова спать. Спать, пока я не проснусь от этого кошмара.

— Что у тебя с рукой? – вдруг спрашивает матушка и, подсев ближе, переворачивает мою кисть.

— Поцарапалась… – У меня даже не сразу получается разомкнуть горло, чтобы выговорить ответ. – Поцарапалась о пружины, когда заправляла простыню, – добавляю я дрожащим голосом.

— Может, нужно обработать?

— Нет!

— Я так и подумала, – мягко отвечает матушка. – Тогда пока отдыхай, пойду. Нужно навестить Еву. Думаю, ей сейчас сложнее всего. Он был ее мужем.

— Виктор был ужасным человеком, – шепчу я, матушка кивает и, неотрывно глядя мне в глаза, говорит:

— Ты же помнишь, как сказано в Библии. Жены, повинуйтесь мужьям своим, как прилично в Господе.

— Мужья, любите своих жен и не будьте к ним суровы, – заканчиваю я и понимаю, что выдала себя с головой. К глазам подступают слезы.

Потянувшись в мою сторону, матушка накрывает ладонью мою руку:

— Все будет хорошо. Вот увидишь.

Как только она выходит из палаты, я вскакиваю, потому что не могу оставаться на месте. Меня трясет, лицо полыхает. То ли от выпитой таблетки, то ли от ужаса. Гляжу в окно и вижу низкое небо, которое будто задумалось, чем порадовать местную публику: мокрым снегом или колючим ноябрьским дождем. Отсюда видно пустое поле за бывшим дачным поселком. На нем разбросаны неряшливые пятна вчерашнего снега. И вся эта картина внушает такую тоску, что даже попавший в больницу относительно здоровый человек рискует здесь окончательно сойти с ума.

Уже спустя пару часов я узнаю от Марго, что Данила сам вызвался дать показания. Он рассказал, что после суеты с поджогом и пожарной тревогой не мог успокоиться. Ему не лежалось, вот он от нечего делать и таращился в окно, поэтому четко видел, как мы сели в машину. Потом, по его словам, я ушла, а какой-то тип в темной куртке с капюшоном ринулся к машине и, открыв дверь, уселся на пассажирское сиденье. Тогда Данилу это не насторожило: мало ли кто мог подойти к доктору? А вот потом…

— Если бы на заднем дворе были камеры! Зачем он только машину там ставил? Перед больницей полно места, там светло всегда, этот наркоман бы не решился нападать. Да и чего ради? Портфель забрал, а там кошелек да телефоны. Евин телефон тоже был в кармане пальто, но пальто он не тронул…

Марго шумно сморкается и облизывает губы. Меня трясет, и она думает, что это из-за случившегося, но на самом деле я потрясена тем, что сделал для меня Данила. Я все еще не понимаю, как Зое удалось это провернуть – избавиться от портфеля, разыграть спектакль перед полицией.

Опомнившись, Марго дает мне лекарства и бормочет, что я «бедная девочка, о которой совсем некому позаботиться будет…».

— Спасибо, – шепчу я еле слышно, снова утыкаясь в подушку.

Еще сутки я провожу в больнице в полном неведении. Все, что удается узнать от медперсонала, не сильно помогает. Свидетелей, кроме Данилы, нет, сестра в больнице.

Каков мотив убийства и произошло ли оно только из-за желания ограбить машину – это сотрудникам Следственного комитета предстоит выяснить. Они склонны думать, что нападавший и был тем самым поджигателем. Сначала он пробрался в больницу в надежде найти сильнодействующие препараты, возможно что-то поджег по неосторожности, пытаясь подсветить себе шкафы. Когда его спугнули, он затаился и напал уже на моего мужа. Как бы то ни было, налицо очередное разбойное нападение. В последнее время они происходят в Алатыре все чаще. Как уже было сказано, камер видеонаблюдения на заднем дворе больницы нет. Хотя в этом случае они бы сильно помогли следствию. И не исключено, что после такого въезд на территорию и вовсе закроют. В целях безопасности.