Книга Фиаско Красной Шапочки, страница 103 – Елена Логунова

Его товарищ достал из кармана пузырек, встряхнул, откупорил — и стиснул ноздри пальцами, чтобы не чихнуть от мощного запаха. Помотал головой — никого, точно! Закрыл и спрятал пузырек, достал фонарик.

Приди ему в голову направить луч вверх, все усилия креативной команды по созданию интереснейшего сюжета могли бы пойти прахом. Но кому нужно подсвечивать высоченные — почти четыре метра! — потолки, если путь к цели лежит по полу?

Луч фонарика высветил блестящий паркет, уходящий в даль протяженного коридора сказочной дорогой из желтого кирпича.

Двое в черном прикрыли за собой входную дверь и бок о бок двинулись в глубь квартиры.

Тонкую леску, натянутую поперек коридора на уровне щиколотки, в свете фонарика не разглядел бы и Соколиный Глаз. Кривошеий задел ее ногой — и шоу началось!

«Дрожание моей левой икры есть великий признак», — говорил Наполеон Бонапарт. Это он не видел великих последствий дрожи нашей лески!

— Закрепим сеть на крюке в потолке с помощью опускающего механизма. Самый простой вариант — это петля из бечевки, продетая через крюк, — объясняла нам днем тетя Ида, ловко черкая карандашиком по бумажке. — Конец бечевки привяжем к леске, натянутой поперек коридора на высоте щиколотки. Злоумышленник заденет леску ногой, дернет за бечевку — и сеть упадет.

И — да! Она упала!

Сетка-паук, классика жанра, бывшая рыболовная, рухнула сверху и опутала незваных гостей!

— Они запутаются, упадут, потеряют ориентацию и не смогут быстро освободиться, — говорила тетушка, потрясая в воздухе блокнотом с нарисованной в нем схемой.

— А если не упадут? — нахмурилась Марфинька.

— И ориентацию не потеряют? — добавила я.

Наш главный конструктор взмахнул карандашом, как дирижер — палочкой:

— А мы лишим их устойчивости, вот они и упадут!

Будь гости повнимательнее, могли бы заметить, что у входа в Голышовую спальню паркет в коридоре блестит особенно ярко. Всего одна бутылка растительного масла (рафинированного, без запаха!) — и такой эффект!

Кривошеий, уже накрытый сеткой, первым ступил на скользкий путь и упал, увлекая за собой напарника. Падение вышло болезненным и громким.

— Ого! — Мне показалось, что вздрогнул весь дом. — С гусятницей — это был перебор, вам не кажется?

Не знаю, какого размера была домашняя птица во времена далекой молодости мадам Зарецкой, но чугунная гусятница, доставшаяся ей от предков, могла бы сойти за детскую ванночку. Мне представлялось, что мы вполне обошлись бы без нее — такой снаряд при падении с трехметровой высоты мог и перекрытие пробить, усвистев прямиком к нам в подвал! Но Ирка заявила, что нескольких металлических крышек от кастрюль, связки ключей, жестянки с монетами и бронзового колокольчика, которым мадам Зарецкая, манерничая под настроение, порой скликает гостей к столу, будет недостаточно. Она присобачила основной шумовой пакет перед дверью в Голышовую спальню, а гусятницу отдельно пристроила на приткрытую дверь, рассчитав, что злоумышленники наверняка не только растянутся на скользком полу, но и проедутся по нему.

— Запутались, упали, потеряли ориентацию из-за шума и не могут быстро освободиться, — глядя на потолок, с которого редким снежком сыпались хлопья побелки, перечислила Ирка, быстро загибая пальцы, и взмахнула получившимся кулаком: — Пора!