Книга Детектив на лето, страница 49 – Татьяна Устинова, Людмила Мартова, Елена Дорош, и др.

— Да потому, что она должна быть моей! — патетически взвыл рыжий и воздел руки к небу. — Я ее люблю и добился бы, чтобы она ответила мне взаимностью. Если бы не ты! Вечно ты. Всегда первый. Всегда удачливый. Всегда в наградах и поощрениях. Но Вера… Это уже слишком.

— Валера, как ты мог? — Майя Антоновна со стоном протянула к нему руки. — Ты же клялся мне, что с этой пагубной страстью покончено! Ты же мне обещал!

— Что я тебе обещал? — бешено закричал рыжий. — Осточертела ты мне, старая кляча! Не понимаешь, что мне не только прикасаться к тебе противно, а даже дышать с тобой одним воздухом? Я женился на тебе из-за квартиры. Мне же надо было где-то жить в Москве, а тут ты, генеральская внучка с четырехкомнатной в центре Москвы. Старая дева. Страшилище, на которое никто не посмотрит. А она… Она… Да я бы жизнь отдал только за один ее взгляд. Вера…

— Тем более что у меня тоже есть четырехкомнатная квартира в центре Москвы, — брезгливо сказала Вера. — Валера, с чего ты вообще взял, что вызываешь у меня хотя бы мимолетный интерес? Да я бы на тебя не взглянула, даже если бы ты остался единственным мужчиной на земле. И Мишка тут совсем ни при чем. Так что зря ты хотел его убить.

— Ладно, тут все понятно, — вздохнул Шахматов. — Ребята, этого собрать и отправить в Москву ближайшим поездом. Преследовать я его не буду, но, Валерик, ты уж постарайся, сделай так, чтобы я больше никогда тебя не видел. Увижу — уничтожу. И про проекты в кино забудь. Не твое это. Как режиссер ты полное дерьмо, даже второй. Майя Антоновна, вам помочь?

— Нет, я с ним, я с ним. — Женщина проворно засеменила за мужем, которого под руки уводили из парка два дюжих молодца, до того стоявшие чуть в стороне и в разговоре не участвующие.

— Миша, тебе к врачу надо. — Вера заботливо взяла Шахматова под руку.

— Да не надо мне к врачу. Легкое сотрясение мозга и так пройдет. Отлежусь сутки в номере и стану как новенький.

— Тогда пойдем в гостиницу?

— Да, пойдем. Барышня Дарья Андреевна, я тут подслушал, как вы своему отцу про купальник говорили. И еще про шампунь, кажется. Так вот, купите себе какой хотите. Я вам должен за чудесное спасение, а в должниках ходить не люблю.

Он достал кошелек и протянул Даше несколько пятитысячных купюр, которые достал, не глядя. Та спрятала руки за спину, испытывая странную горечь. Папа не услышал ее слов про купальник, а Шахматов…

— Я не возьму.

— Разумеется, возьмете. Давайте будем считать, что это в счет вашего будущего гонорара.

Он бесцеремонно засунул купюры в карман ее шортов, и они с Верой ушли прочь, не оглядываясь на Дашу, которая осталась стоять посредине аллеи, глотая слезы, появившиеся откуда ни возьмись. Ясное дело, про кино он соврал. Даже не взял Дашиного телефона! Хотя Шахматов знает, в каком отеле она живет.

Запретив себе ждать появления режиссера и на что-то надеяться, Даша побрела обратно на пляж. Ее не радовал даже роскошный купальник, который она все-таки купила, обнаружив, что денег, оставшихся после покупки шампуня, еще целая куча. Шахматов оставил ей двадцать тысяч рублей. Для пятнадцатилетней девочки — целое состояние. Вернувшись к своим, она уселась на папин шезлонг, даже не спросив его мнения по этому поводу, и погрузилась в «Анну Каренину», заставляя себя не думать ни о чем другом.