Книга Сделано с любовью, страница 33 – Алиса Перова

Сквозь собственное свистящее дыхание и громкое биение сердца в сознание продирается знакомый и очень встревоженный голос:

— Э, Геныч, глянь, он там хоть живой?

И тут же, будто стадо бегемотов, затопало по полу, сотрясая мою кровать и без того гудящую голову.

Чёрт, неужели я отключился? Или уснул?..

— Кирюха! – сипит над ухом Женёк, а рычание Геныча взрывает мозг:

— Жек, твою мать! Где эта злогребучая кнопка?!

— Да живой я, не орите, – приоткрываю пудовые веки. – Задумался просто… Попить дайте…

— Задумался он, задрать тебя в пассатижи! – ворчит склонившийся надо мной Геныч. – Хлебай давай! Ток осторожно, мечтатель хренов. Мля-а, я от таких переживаний аж все линии жизни себе погнул!

Женёк заржал, как дурной жеребец на выгуле, а я едва не захлебнулся водой.

— Я про ладони говорю, придурки! – обиженно уточнил Геныч. – Небось, какую-нибудь гадость подумали. Жек, хрен ты ржёшь?

— Думаю, что хиромант из тебя херовый. А погнул ты подлокотники у кресла, чувствительный наш!

— Кирюх, заметь, он первым перешёл на оскорбления, – Геныч отставил воду и уселся на край моей кровати, комично нахмурив брови и сложив руки на коленях. А Жека поучительно заметил:

— Хиромантия, Геныч, – это наука о линиях и буграх на твоих ладонях.

— Не-э, Жек, херо-мантия – это специальная накидка, защищающая твой любознательный бугор от нежелательных последствий! Но!.. Ежели бугор дальше твоей мозолистой ладони не путешествует, то и мантия ему ни к чему. Хотя тут важно не увлекаться, чтоб линии судьбы не постирать. А кстати!..

И внимание Геныча сосредоточилось на мне.

— Кирюх, так уж и быть, я, как твой добрый друг и очень деликатный человек, не стану спрашивать… – он делает многозначительную паузу и вопросительно смотрит на меня. – Почему мы только сейчас узнаём о твоих перелётах? Ну… мы с Жекой могли хотя бы … А-а, сука!.. Ты втихаря мотался мимо своих друзей, как хер по деревне, и ни разу не попросил помощи! Почему?!

— Кирыч, у тебя есть право молчать, – лыбится Женёк. – Но мне, если честно, тоже очень интересно.

Наверное, я должен засмущаться и растеряться под испытующими взглядами моих друзей… Но ни хрена подобного! И уж Геныч меня обязан понимать, как никто другой. Ведь он сам, стараясь быть в курсе всего, что происходит с его друзьями, собственные проблемы держит глубоко в себе. Мы все знакомы уже больше десяти лет и когда-то были свидетелями страшной трагедии, после которой наш друг сильно изменился. Сейчас-то мы привыкли и почти уже не вспоминаем, каким был раньше Гена Цветаев. И всё же кое-что осталось неизменным – Геныч по-прежнему самый надёжный друг, лучший в мире сын и высококлассный боец… А, ну да – и ещё в каждой бочке затычка!

— О чём ты ещё не станешь меня спрашивать? – интересуюсь у него, а мои разбитые губы невольно расползаются в улыбке. Наверняка то ещё зрелище!

— Твоя Айка… она что, тебя списала? Почему ты улетел в тот же день?

Хороший вопрос.

— Геныч, меня не так-то просто списать, если я против. Айка оказалась не готова к встрече и, конечно, у неё были на это причины, – мне не нравится взгляд Геныча, и я поясняю: – У неё всегда есть причины – она не капризна.

— Кирюх, только не заводись, – вклинивается Жека. – А другой мужик, к примеру – это веская причина?