Книга Территория нелюбви, страница 41 – Алиса Перова

Мне восемь лет.

— Натаскалась, гейша беспутная? — встречает меня бабка Валя, уперев руки в крутые бока. — Ты только взгляни на себя! Фу, гадость гадкая!

Я разглядываю свои чумазые ладони, грязную одежду, опускаю взгляд на сбитые колени. Вроде, ничего необычного и совершенно ничего, что могло бы подтолкнуть меня к разгадке непонятного слова. Чтобы меньше нервировать противную бабку, прячу руки за спину.

— Ба, а гейша — это кто? — ничего приятного и доброго я даже не надеюсь услышать, но выяснить же надо.

— А это как раз вот такие шалопутные девки, которые с мужиками целыми днями вошкаются.

Понятнее не стало. И соседские мужики, с которыми я весь день провошкалась на спортивной площадке, вряд ли окажутся полезнее в этом вопросе. Я оглянулась через плечо на мастерскую, в которой с самого утра дед колдовал над своими драгоценными снастями.

— Дед, а гейша — это кто? — я застыла в дверном проёме мастерской.

— А ты где это услышала? — дед оторвался от своего занятия, смерил меня внимательным взглядом и посуровел.

— Бабка на меня так сказала, потому что я с пацанами в футбол играла.

Дед Миша громко рассмеялся.

— Это твоя бабка не иначе как сослепу ляпнула. Какая ж ты гейша? Ты просто чумазый хулиганистый шпанёнок, а гейши… они прекрасные…

— А какие, дед? — я взглянула на свои ладони и смущённо потёрла их о футболку.

— Гейши — это удивительные создания, — мечтательно проговорил дед Миша. — Их дивная красота, изысканная грация и изящная женственность отточены до остроты самурайского меча.

Перед мысленным взором нарисовался сверкающий на солнце тонкий серебристый клинок…

Кру-уто! Но непонятно.

Наверное, именно это и отразилось на моей растерянной физиономии, потому что дед Миша хмыкнул и продолжил:

— Гейши очень умные и сообразительные, им ничего не надо повторять дважды.

Я мигом захлопнула распахнувшийся для вопроса рот.

— У гейш замечательный характер и прекрасные манеры… Ну-у, то есть поведение по-нашему. Это очень вежливые, прилежные и культурные девочки. Они хорошо учатся в школе, всегда чистенькие, опрятные и очень приятно пахнут цветами.

Я тяжело вздохнула и снова с грустью взглянула на свои руки.

— Гейшами все восхищаются, их любят и хотят с ними дружить…

— Они как наша Стефания?

— Э-э… почти, — неуверенно согласился дед. — Но я раскрою тебе один маленький секрет — гейши живут в Японии.

— Правда? — я взволнованно оживилась. — А Сашка сказал, что мама меня тоже привезла из Японии…

— Сашка твой — брехливый, толстый и рыжий дурачок, поняла? Это его аист неизвестно откуда приволок, да надорвался, бедняга, и уронил над нашим двором головой вниз. Вот он теперь и рассказывает всякие глупые небылицы. А ты и уши развесила! Запомни, ты у нас настоящая украинская красавица! Только надо тебе умыться и переодеться. И тогда будешь красивее любой гейши. Усекла?

— Ага, — я вытерла грязной ладонью грязный нос и дед хмуро заметил:

— И вот ещё что, — он наклонился ко мне с заговорщическим видом, — ты про гейш лучше никому не рассказывай. Кроме меня, всё равно никто про них правду не знает, вот и придумывают всякие глупости. Это будет нашим с тобой большим секретом. Всё поняла?

Воодушевлённая общей с дедом тайной я охотно закивала.

Потом мы ещё не раз возвращались к этой теме, и дед с удовольствием рассказывал мне истории про умных, красивых и героических девочек. В основном сочинял, конечно, но об этом я узнала гораздо позднее, когда сама начала интересоваться историческими фактами о гейшах. Но тот, самый первый наш разговор, каким-то непостижимым образом повлиял на мою дальнейшую жизнь…